Монтгомери перестает подпирать косяк двери, двигается к Шторму. Стуча подошвой спортивной обуви о плитку. Джексон напрягается весь, не дышит вовсе, не прекращая следить через стекло за бездонными глазами. Мужчина подходит ближе, так, что Джексон чувствует его лопатками, между ними пару сантиметров. -Я говорил, что сломлю тебя, Шторми-мальчик. Да не своими руками, но ты глянь на себя просто.

Последующие слова Монтгомери доносятся до Джексона медленно, приглушённо, как из-под толщи воды. Половину фраз он даже не слышит, а некоторые врезаются в память настолько остро, что Джексон может рукой почувствовать открытые раны между ним и Монтгомери, и вопль почти не слышен. Бросая такие жестокие слова, МакКуин будто пытается убедить сам себя в правдивости этих утверждений.

молния маккуин, живет как обычно своей знаменитой жизнью, но вдруг в его жизнь неожиданно для него, врывается персона, под именем "джексон шторм", который любыми способами, пытается добиться желаемого. " любви маккуина "

Шторм облажался. Он просто пиздец как облажался. И утренняя новостная лента инстаграма самое настоящее тому подтверждение.

Джексон отдал бы многое, только бы подольше остаться в Радиатор-Спрингс, каждый день видеть ту самую голливудскую улыбку МакКуина, в ответ на которую непременно хотелось улыбнуться, и никакой репортер не застал бы их врасплох, и никакого осуждения со стороны.

Они оба считают, что годовщина отношений – это важное событые. Они оба считают, что дарить банальные вещи – слишком невпечатлительно. Круз считает, что такие совпадения, как годовщина двух пар в один день – слишком подозрительно.

Джексон совершенно не умеет выражать собственные чувства. Каждый раз, когда Молния рядом он вместо того, чтобы сказать то, что думает, начинает плеваться ядом. Эту проблему надо как-то решать.

Франческо одновременно и жалел и не жалел о том, что всё же позвонил Молнии.

Токио уже погружался во тьму, когда Майк решил посидеть на скамеечке в темном и одиноком уголке Хибия парка. Победа досталась никому иному, как Франческо Бернулли совершенному и самому лучшему гонщику Формулы. —Чего дальше ждать? Как я пересядешь на болид Формулы? Стоит. Шины дышат.

Хуманизация. Эпизод с гонкой в Японии с одним маленьким изменением.

Франческо тридцать два, его имущество насчитывается миллионами евро — он обеспечен до конца жизни. Франческо давно спланировал дни, знакомства и размер финансов. Марки машин, местоположения вилл, и даже курорт, куда отвезет mammina на всю зиму. Слушая увлеченную болтовню МакКуина, глядя на его манеру отбрасывать светлые пряди со лба, Франческо понимает, что влюбился. И как прежде — больше не сможет. Никогда.