Лань Ванцзи, студент последнего курса в ведущем институте Китая, попадает в новеллу и влюбляется в главного героя. Получится ли у него нарушить череду трагических событий сюжета и сделать Вэй У Сяня счастливым?

— Думаю, мне стоит своих врагов заобнимать до тяжелой стадии обморожения, — мрачно протянула я, на самом деле задумавшись о таком способе борьбы. — Хах, — невесело и нервно хохотнул Усянь. — У вас черный юмор. — Я же нечисть. Куда мне светлый-то?..

Поколение Ань были лордами Цан Цюн больше трех веков, мало кто помнит, что было до них. Мало кто помнит, что случилось с лордом Ань Дин, раз мальчик, главный ученик семнадцати лет, занял его место раньше всего поколения Цин. Говорят, три прошлых лорда Ань Дин покончили с собой.

Впервые, за годы, Самолет, Стреляющий в Небо, ответил на его комментарий. «Так приедь и выеби меня», — гласило сообщение, первый и единственный ответ кому-либо в комментариях от автора.

Вэй Чанцзэ знал каждого человека в Пристани Лотоса, это было частью его обязанностей как товарища Цзян Фэнмяня, наследника ордена Юньмэн Цзян. Не удивительно, что появление нового лица первым заметил именно Вэй Чанцзэ. Хотя недавно прибывший мужчина и пытался не привлекать лишнего внимания, одно его присутствие уже было вызывающим. >Или: Цзян Чэн попадает во времена молодости своих родителей.

Хорошо быть попаданцем - приходишь на всё готовенькое и делай что хочешь. Или что можешь. Ведь всё, чем ты гордился, осталось в прежнем теле. Чужие силы, лицо, имя, привычки, страсти... Скажи, ты-то зачем? Поверьте, не стоит попадать в Сюэ Яна. Впрочем, в этой истории нет главного героя. Одному небу известно, на что окажется способен человек и за кем останется последнее слово.

Курильница для благовоний никуда не исчезла из жизни Вэй Усяня и Лань Чжаня.

AU! Очнувшись тогда, когда ею были совершены самые непростительные ошибки, Юй Цзыюань постепенно принимает происходящее, всё сильнее убеждаясь, что на обучении в Гу Су она действительно второй раз. На исправление своих промахов и тысячи разрушенных судеб у неё есть как минимум год, и госпожа Пристани Лотоса намерена изменить ход истории.

Зарисовки о старшем поколении магистра. Разные вариации их характеров и поступков. Маленькая связь с https://ficbook.net/readfic/10280514

На Совет кланов по поводу тропы Цюнци попадает Цзян Чэн из будущего.

— Нужно раздеться, — колодезной водой окатывает голос Лань Сичэня. По лицу Цзян Чэна все же проносится тень, к горлу подступает паника. Нет, он понимал, что просто не будет, но так сразу? Пальцы Лань Сичэня тем временем спускаются на запястье, поглаживают выступающую косточку, и внутри Цзян Чэна всё каменеет. — Совсем? – охрипшим голосом задает он совершенно глупый вопрос. — Совсем. Ритуал иначе не провести.

Услышав, что в горах Гусу есть артефакт, который по слухам может помочь его брату, Цзян Чэн отправляется на его поиски. Однако легендарная реликвия опаснее, чем он думал, а за собственную дерзость приходится расплачиваться служением бессмертному Нефриту. Или: Тигриная печать и пятьдесят оттенков Лань Сичэня

То, что за активацию особого протокола Система запросила всего пять очков, должно было его насторожить. Оно и насторожило. Но экстренные ситуации требуют экстренных мер, так что...

Сумев отвоевать у узкоглазых право на участие в экспедиции, я никак не мог помыслить, что по её итогу буду жить вторую жизнь, махать мечом, сорить деньгами и делать вид, что меня не пробирает на смех, когда слышу представление учителя, звучащее в его устах величаво и гордо: Хуй Сам.

- Правило Гусу Лань: Никогда не избегать обучения.

Спустя год после событий в храме Гуаньинь Цзян Чен попадает в тело молодой госпожи Цзинь. В попытке вернуться, Цзян Чен сталкивается с тайной организацией тёмных заклинателей, решившей убить Первого Нефрита. Вместе с главой Лань Цзян Чен ввязывается в опасное расследование и узнаёт о магии, способной перемещать в параллельные миры. И когда победа, казалось, уже была в его руках, в игру на сторону врага вступает второй Сичень. И этот Лань настойчиво добивается внимания Цзян Чена!

Лань Чжань и Цзян Чэн не жили, выживали без Вэй Ина — это их и связало, крепко и безнадежно. Вариант с возвращением Вэй Ина они не предусмотрели.

- Я сказал, что меня привело любопытство, - в очередной раз повторил Вэй Усянь, снова придвигаясь ближе к столу, который был единственным препятствием между ним и главой клана Лань. - Но неужели этого любопытства нет у вас?

Он вспыльчивый, эмоциональный, грубоватый. Настоящий ежик, который при любой опасности сразу выставляет свои иголки и никому не позволяет дотронуться до своего мягкого и нежного нутра. Ему некогда и не у кого было учиться манерам, обхождению, умению показывать свои эмоции. Для него привязанность – это слабость, демонстрировать ее – подставить спину под удар. Он весь в своей броне, по которой то и дело проскакивают молнии, но Лань Си Чэнь никогда не боялся ни боли, ни трудностей.

Как выбирали подарок для Цзян Чэна, и почему в процессе Вэй Ин перестал бояться собак