Вбоквел к серии работ "Избранные", история про Рона и Флёр. https://ficbook.net/series/3026

Драко Малфой.        Её страх, ночной преследователь и погибель.    Любовь всей её жизни — как бы Гермиона ни пыталась это отрицать.

А Гермиона никогда ему не лукавила: именно так, сигаретки после секса на его груди занимают много времени, а ей домой бежать надо, отчёт дописывать. К её удивлению, Малфой и сам был согласен на регулярные встречи несколько раз в неделю и не собирался мешать ей дописывать отчёты, но в первую их ночь сказал, что когда-нибудь она сильно разочаруется от такой неугасимой гонки за должностью, карьерой и конкурентами.

— Мы не… — Драко фыркнул, сложив руки на груди. — Я же говорил, она не моя… Мы просто друзья. — Точно, — вмешался Гарри серьёзным тоном. — Ты и не выглядишь таким же расстроенным, как когда Гермиона рассказала Тео, что встретила Крама на конференции.

Дмитрий был холодным, но не холоднее чем она сама. Между ними уже давно творилось что-то странное, едва ли понятное. Что-то такое, что нельзя обличить словами и возвышенными фразами. Он бы убил за неё, Лэйн теперь это точно знала. И она, пожалуй, тоже убила бы за него. Хотя, ей бы ни за что на свете не хотелось проверять себя. Не когда генерал восстал из мертвых, выжив после укуса.

AU❗️ Спустя пять лет после окончания университета когда-то влюбленные до безумия Вики и Люцифер встречаются на встрече выпускников. Возможно ли простить друг друга за события минувших дней и выяснить всю правду о внезапном расставании? И смогут ли они обрести любовь вновь или потеряют ее окончательно, навсегда оставаясь с раной на сердце?

— Существует закон «ponderatio», — начал Мальбонте. — С ангельского и с языка тьмы это переводится как «взвешивание». — вспомнив о своём первом знакомстве с этим законом, Мальбонте был грубо перебит Чумой. — Ваш создатель скрывал изначально своего брата, а затем и само существование других бессмертных тварей.

Когда Равновесие между Небесами и Адом начинает рушиться, древние пророчества вновь оживают. Мальбонте жаждет свободы и истины, Люцифер невольно становится искрой в войне, а весь мир медленно приближается к катастрофе. Но в тщательно продуманные планы внезапно вмешивается обычная девушка — не избранная, а практически бессильная Непризнанная. Просто человек, который решил не стоять в стороне. Ни одно пророчество не упоминало её имени, но иногда лишняя фигура на доске ломает всю игру.

У Люцифера - Владыки Ада была размеренная жизнь наполненная ненавистью, но лишь до тех пор, пока в книге предсказаний не появилось вещее послание. Он даже и не надеялся встретить свою предназначенную, но Шепфа решил иначе и преподнёс ему подарок в виде смертной - Виктории Уокер. Король долго злился, но все же соединился с девушкой, а после первой ночи избавился в надежде, что не увидит больше никогда... Но Уокер выжила, обрела мощною силу. Началась кровавая игра... И ход новой Королевы!

В ночь, когда погиб Сэми, Ади перестала улыбаться. Бессмертный, ради которого она была готова нарушать законы мироздания, никогда больше не коснётся её руки, не поцелует и не скажет очередную ангельскую чушь. И, кажется, нет больше смысла жить. Вечность с разбитым сердцем – бесконечная агония. Ади кажется, что лучший выход – закончить всё. Ничто и никто не сможет её остановить. И только двое с этим не согласны: сын правителя Ада и молодой непризнанный.

Тепло, нежность, покой, удовлетворение, бесстрашие — весь спектр чувств, что мне сейчас приходилось испытывать невозможно было передать словами. Я не знала, что будет завтра и какие очередные события могут выбить меня из колеи, но определённо одно знала точно. У меня был персональный ангел-хранитель и, во что бы то ни стало, он сбережёт мой покой…

Мы танцуем на грани между светлой мечтой и ядовитой скверной, словно два призрака, запутавшиеся в сюрреализме. Каждое прикосновение — это не только низменное физическое соединение, но и откровение, раскрывающее тёмные глубины душ. На мгновения даже верится, будто эта связь может осветить непроглядное бытие, придавая ему смысл и значение. Два мира — живое и мёртвое; однако парадоксально то, что живым ощущается Борис, я же абсолютно точно погребена под руинами своего (не)верного выбора.

— А что мы будем танцевать? — интересуется Лэйн, следуя послушно в самый центр. — Вальс? — Тебе больше подходит танго.

Они встретились, когда зацвела морошка. В тот год в самых последних числах мая из-под неожиданно и как-то слишком быстро сошедшего снега показались робкие листья, а после к солнцу потянулись белые цветы. Именно они и привлекли внимание Лэйн. Запах хвои кружил голову, неожиданная весна проникала в лёгкие; и на какие-то моменты даже казалось, что мир не утратил своё равновесие: он всё ещё цельный. Затем раздался хруст; между деревьев мелькнул силуэт — это был Борис.

… И всё это — порочное — сейчас самое верное. Мораль и правила растворились вместе с алой рубашкой, оставив нас посреди лабиринта желаний. И вместо того, чтобы искать выход, мы зашли в самые тёмные его углы.

Браки заключаются на небесах и в кабинетах с добротным дубовым столом. Они связывают сердца любовью и соединяют семьи капиталом. Когда тебе двадцать три, кажется, что вся жизнь впереди. Можно влюбляться, быть счастливой и искать лучшие варианты. Но что делать, если ты вынуждена выйти замуж за человека, которого совершенно не знаешь? Он старше на дюжину лет, у него есть ребенок, и, кажется, он помог умереть своей первой жене.

Ян, ровно как в её сне, льнёт к шее, притирается носом, сдвигая волосы в сторону. Горячее дыхание обжигает, приятно раздразнивает. Он прикусывает кожу, тут же зализывая, притупляет легкое жжение, втягивает в рот, оставляя отметину. Морские волны по-прежнему шумят внизу.

– Отставить ухмылку. – Дмитрий прыснул и покачал головой. Неловкость взяла верх и над ним. Немного помолчав, он собрался. – Даю слово, что со мной ты будешь в безопасности. И я буду ухаживать.

Лэйн решает, что в пятый раз обойдется без диалога, без бравадных речей или пустых обещаний, без философии о Небесах и Земле, а посему попросту врезается в его рот поцелуем, предварительно наклонив Каина за податливую шею, будто он только повода и ждал. Сминая холодные губы, чувствует, как сладкий трепет поднимается откуда-то из глубин её, делая её жаждящей большего. Поцелуев давным-давно стало мало.

И в бурю — цветут цветы.