— Гэгэ, хочу к маме, — говорит ребёнок и тянется к Вэй Ину. Очевидно, что мать ребёнка — не кто иной, как сам Вэй Ин. Кроме того, теперь, когда он смотрит на ребёнка вблизи, он не может отрицать этого. Ребёнок выглядит так, как, по мнению Ванцзи, выглядел Вэй Ин, когда был маленьким. Единственное отличие — это высокий наклон носа, а не мягкий нос пуговкой, как у Вэй Ина, и цвет глаз. Глаза мальчика — не серебристые, как у Вэй Ина. Глаза мальчика — золотые.

Когда Вэй Усянь и Лань Ванцзи покидают Облачные Глубины, Вэй Усянь не видит ни Сычжуя, ни Вансяня. Он немного расстроен, что не увидит их перед уходом, но Лань Сичэнь уверяет, что ночная охота - это лишь небольшая группа движущихся мертвецов, беспокоящих жителей деревни. Вэй Усянь не упоминает о дошедших до него слухах, что мертвецы по всей стране направляются к курганам, но, по крайней, это значит, что Вансянь и Сычжуй в безопасности. В бóльшей безопасности, чем их родители.

Шицзе первой замечает, что что-то не так. — А-Сянь? Разве у тебя сейчас не должна быть предтечка? ИЛИ: Цзян Яньли действительно заслуживает награды за лучшую сестру, а Вэй Усянь - беспорядок эмоций, с которым он не знает, как справится.

Всегда немного больно, когда старший Вэй берёт Чжэньли за руку и притягивает к себе, шутя о том, что с каждым днём Чжэньли всё больше становится похожим и на него, и на Ханьгуан-цзюня. Сычжуй никогда не получит подобных высказываний, потому что он не является кровным родственником старшего Вэя, потому что он не их биологический ребенок.

Вэй Усянь жалеет, что не рассказал Лань Ванцзи о ребёнке. Может быть, тогда бы Чжэньли был всё ещё жив. Орден Гусу Лань не позволил бы убить ребёнка одного из своих двух нефритов, даже если бы его матерью был сам Старейшина Илин.

Когда Цзян Чэн возвращается с собрания в Ланьлине, Цзян Яньли не ожидает, что он будет выглядеть таким потрясённым. — А-Цзе... — хрипло говорит он. — А-Сянь... он вернулся.

Когда Вэй Усянь пропускает течку, он не думает об этом. Его новое тело всё ещё приспосабливается к внезапному увеличению хорошо развитого золотого ядра, да и с момента образования связи с его альфой прошло всего пару месяцев. По крайней мере, он не думает об этом, пока не обнаруживает, что просыпается только от тошноты, пока не обнаруживает, что не может переварить острую пищу и даже свою любимую Улыбку Императора. Действительно, все это начинает казаться знакомым.

Быть единственной дочерью клана Лань гораздо веселее, чем думают люди. За исключением того, что буквально все её слишком опекают.

Совсем не так он представлял себе их первый поцелуй, их первый раз. Но это тоже было хорошо. Всё, что связано с Вэй Усянем, было хорошо.

Когда Вэнь Цин впервые встречает А-Ли, её поражает тот факт, что Вэй Усянь явно пытается скрыть происхождение ребёнка. По тому, как Вэй Усянь знакомит их со своим сыном, становится ясно, что он не хочет, чтобы о его происхождении знали. Но Вэй Усянь - мать Чжэньли, в конце концов, и она будет уважать его выбор. (Или, по крайней мере, она планировала уважать его.)

В объятиях Вэй Ина Вэнь Юань широко улыбается Ванцзи и радостно хлопает в ладоши. — Гэгэ красивый! Чжэньли также быстро и взволнованно щебечет: «Папа красивый!», и у Ванцзи горят уши, а Вэй Ин, кажется, одновременно хихикает и краснеет. — Папа очень красивый, правда, А-Ли, А-Юань?

Вэй Ину всегда нравились мужчины постарше. Совершив ошибку, он переспал с взрослым и привлекательным альфой. Вот только этим альфой оказался Лань Ван Цзи — заведующий кафедры микробиологии и по совместительству Сатана всея универа.

А что, если бы поцелуй во время охоты на горе Дафань перешёл бы во что-то большее?

О том, как Вэй Ин соблазнил Ванцзи, а последствий избежать не удалось...

— Господин Лань сообщил нам, что ты болен, — сказал Вэй Усянь, хотя, вспоминая об этом, Лань Цижэнь сказал, что Лань Ванцзи "плохо себя чувствует". И глядя на него сейчас, с раскрасневшимся лицом и растрепанными волосами, Вэй Усянь даже не мог сказать, что это было неточно. — Я принес суп? продолжение описания в примечаниях

- Где Лань Чжань? Он же должен помогать тебе? – спросил Лань Цижэнь. Он не был доволен младшим племянником, ведь тот не пришел помочь брату переставить книги в библиотеке.

По городу расходится слух. Почтенный Ханьгуан-цзюнь собирается жениться. Вэй Ин не занимает себя мыслями об Ханьгуан-цзюнe. Он — старик из ряда не интересных, а скучных. Но стоит только Мадам Юй узнать, что Ханьгуан-цзюнь ищет себе жену, и Вэй Ин оказывается первым в списке. Об их встрече с Ханьгуан-цзюнем договариваются всего за день.

Всё изменяется в тот момент, когда на пороге их общего дома появляется заплаканный и дрожащий от холода Вэй Ин, с глухим всхлипом просящий денег на аборт.

О Цзян Фэнмяне всегда говорили как о тихом и кротком человеке, который всегда уклоняется от любых споров и ссор, но даже у таких людей, как он, есть свой предел.

В клане Гусу Лань существовало множество строгих правил, вырезанных на бесчисленных табличках, но среди всех их выделялось одно: члены клана не могли заводить детей с представителями иных видов. Но тоска Вэй Усяня по общему ребёнку с Лань Ванцзи становилась невыносимой. Видя страдания возлюбленного, Лань Ванцзи начал задумываться, стоит ли древний запрет их общей мечты.