Феликса отправляют на расследование под прикрытием. Весь полицейский отдел, скрестив пальцы на руках, ожидает, что он, притворившись омегой, сможет втереться в доверие к сыну того, кого они в течение полугода обязаны засадить за решётку. Но всё как обычно идёт не по плану, и Хёнджин на уловку не ведётся.

Феликс сглатывает. То ли потому что Хван Хёнджин голый стоит перед ним, даже не шелохнувшись, то ли потому что взгляд Феликса падает на подергивающийся ровный член; подёргивающийся возбуждённо ровный член с крупной головкой, который Хёнджин у основания придерживает, чтобы не мешал. Феликс думает, что этот член по меркам мужских членов вполне себе красивый и аккуратный. «И без единого волоска на лобке».

Хёнджину нахрен не сдалась физика. Он ненавидел ее всеми фибрами своей творческой натуры и мечтал перевестись на факультет дизайна при первой же выпавшей возможности. Но как только заветный шанс появляется, он, по закону жанра, зависит именно от физики. От тупой, блядской физики. Хван с отвращением смотрит на толстенный, покрытый доисторической пылью учебник и отчетливо понимает, что ему нужен репетитор. Репетитор на одну ночь.

«Повешусь, — решил Феликс, глядя в вечернее небо, усыпанное блеклыми звездами. — На шнурках и повешусь. Буду висеть с нарисованным хером на лбу, молчать и страдать». // Или просто о непростых героях в простых обстоятельствах.

"Дефектный товар" – кратко объяснил китаец. "Либо бери его, либо проваливай" – добавил он. Хенджин с сомнением взглянул на кота, тыкнув на кнопку включения. Тот механически крякнул, дернул глазом и погас, более отказываясь подавать какие-либо признаки жизни.

Хёнджину надоело. Он встал с кровати, только стоило подернуться рассветными сумерками небу выходного дня. Надел первое что попалось под руку, завернулся в пуховик и вышел из квартиры с какой-то дурацкой надеждой встретить сегодня солнце. Можно подумать ему улыбалась такая возможность – ведь все рассветы в феврале одинаковые: промозглые, бесцветные, иногда туманные и беззвучные. Никакого солнца и никакого тепла. Но надежда, как говорится, умирает последней.

Лучшие друзья, которые помогают друг другу пережить такую чертовщину от природы, как гон. И этим они должны были ограничиваться. Изначально. Или история о том, как неистинная пара обретает свое счастье. Феликс — известный певец, а Хенджин — Топ-модель. Они альфы и друзья, и в своих жизнях устанавливают правила только они.

— К нему опять клиент приехал, — Хёнджин осторожно отодвинул пальцем занавеску, осматривая заходящего в подъезд Феликса в капроновых чулках и красных туфлях на каблуке. — Вырядился как шлюха. Очень красиво.

Первый свободный вечер за неделю, ужасный стресс от переработок, двое в банковском офисе после заката, взаимное неуважение, две бутылки коньяка, душащее унижение и надвигающаяся экономическая катастрофа.

Феликс уходит из дома за вкусняшками, способными привести в порядок его пошатнувшееся душевное равновесие. Но вместе с любимыми мишками Гамми он неожиданно приводит домой грустного и мармеладно-прекрасного парня – Хенджина. Сладости всегда поднимают настроение Феликсу. Так может стоит попробовать это новое лакомство? Редкий лимитированный выпуск...

Разве это нормально? До ломоты в костях желать чужого мужчину, который головы людские с плеч рубит, а внутренности цепным псам скармливает? Желать того, кто страхом и смертью торгует, кто и следа на земле не оставит?

То, что вокруг Хёнджина ходило много слухов — различного рода и содержания — Феликс узнал ещё до того, как специалист притащился к нему под дверь с букетом нарванных на ближайшей клумбе цветов и парой дурацких, жутко смущающих подкатов. Чего Феликс не знал, так это то, что он на весь этот ужас какого-то хрена поведётся, или винкс ау, в котором Феликс ни разу не трепетная нежная феечка, а Хёнджин не такой уж и тупой специалист.

Это случилось давно, очень давно и в очень-очень далеком королевстве. Ещё мальчишкой принц Хёнджин встретил у реки очаровательного мальчика с золотыми волосами и веснушками по всему лицу. Мальчик представился Ёнбоком и быстро, словно по волшебству исчез в полевых цветах, но его смущенная улыбка почему-то теплом отозвалась на сердце. И отзывается до сих пор.

Господь Бог, видимо, был в курсе, что Хёнджин к христианству отношения не имел, и вместо опоссума прямо за его багажником развалился вполне себе парень. Мелкий, щупленький, озабоченно осматривающий свой грязный скейтборд в той же кислотной расцветке, что и его шмотки.

И всё это - размеренное и спокойное - происходило ровно до того момента, пока он не наткнулся на онлайн-собеседование (о котором Феликс, в периоды резкого прихода экзистенциального кризиса, иногда жалеет). Потому что - бам. Первый успех. Бам. Приличная зарплата. Бам. Хёнджин. И вот последний - не устраивал от слова совсем. Потому что, ну вот кто просил его быть таким классным, чтобы Феликс влюбился без права на выбор? Никто. А Хёнджин всё равно почему-то классный.

Прости, принцесса, из всех музыкальных инструментов в мире ты выбрал именно тот, с которым у тебя просто ноль шансов.

– Да подойди ты к нему уже, – Минхо закатывает глаза, а Хван смотрит на него с лицом: «ты что такое говоришь, дурень?» С паникующим, в общем. – И что я ему скажу? – Правду. У тебя хорошо это получается. Или можешь вообще ничего не говорить – просто стояк покажи, уж здесь все вопросы отпадут.

Феликсу никогда не везло с попутчиками, поэтому, в очередной раз покупая билеты на поезд, он выкупает сразу две полки, планируя держать оборону своей половины, что бы ни случилось. Но вся оборона рассыпается на мельчайшие осколки, когда он видит своего невероятно красивого соседа по купе, решающего кроссворды.

Чем Феликс занимается? Смотрит профиль какого-то незнакомого парня и злится. Дуется, словно маленький ребёнок, у которого хотят отобрать его любимую игрушку. Обижается, что есть кто-то настолько интересный, что произвёл впечатление на Чанбина, только лишь молча посидев рядом.

— Хм, а ты случайно не вип-клиент на дорогой парковке? — спрашивает что-то странное Хёнджин, закусывает нижнюю губу и глядит оценивающе, пока Ликс смотрит на него вопросительно. — Нет? Тогда почему при виде тебя мой шлагбаум автоматически поднимается? AU о лучших друзьях, один из которых — гетеро, а второй — гей, что обожает заигрывать и подшучивать над первым.