Лэйн решает, что в пятый раз обойдется без диалога, без бравадных речей или пустых обещаний, без философии о Небесах и Земле, а посему попросту врезается в его рот поцелуем, предварительно наклонив Каина за податливую шею, будто он только повода и ждал. Сминая холодные губы, чувствует, как сладкий трепет поднимается откуда-то из глубин её, делая её жаждящей большего. Поцелуев давным-давно стало мало.

Он доверил ей свои крылья, а она ему — всю себя.

Музыка. Празднество. Французская резиденция. И алый. Ярко-алый цвет её платья, губ, дорогого вина и его укусов. Политический бал, организованный самим герцогом, стал местом, где они нашли друг друга. Местом, которое оба не смогут забыть

Vae soli - горе одинокому. Итак, лучше быть двоим вместе, чем одному, ибо они найдут облегчение в общении между собой; если упадёт один, то его поддержит другой; но горе одинокому, ибо если он упадёт, то никто его не поддержит. Библия, Книга Экклезиаста.

Тесты в интернете – самый бестолковый способ поставить себе диагноз. Лэйн потому им не верит. И друзьям не верит, которые просят её сходить к врачу. Нежелание вставать с кровати и отсутствие радости не кажутся ей проблемой. Она больше ничего не воспринимает как проблему. Проблемой это становится для Каина, поймавшего Лэйн с лезвием в руках.

Скорее всего, Лэйн, как и все смертные, должна была удовлетворённо радоваться, представляя главный символ бессмертия и вечной силы — роскошные размашистые крылья — сломанными и неспособными дать отпор. Или вовсе жестоко оторванными, растоптанными и валяющимися где-нибудь в грязи. Вместо этого она склонилась над ангелом и медленно поцеловала место ровно между ними, ткнувшись носом ему в спину. Ей не показалось. Теперь она была уверена, что заметила вздрогнувшие от её невинного действия перья.

Тепло, нежность, покой, удовлетворение, бесстрашие — весь спектр чувств, что мне сейчас приходилось испытывать невозможно было передать словами. Я не знала, что будет завтра и какие очередные события могут выбить меня из колеи, но определённо одно знала точно. У меня был персональный ангел-хранитель и, во что бы то ни стало, он сбережёт мой покой…

— Впустишь?

Лэйн уже давно влилась в команду, ведёт активную работу над переводом книги Апокалипсиса и помогает ребятам во всех начинаниях. Только вот никто так и не смог разглядеть под холодом её пронзительных глаз страсть и сжирающий заживо огонь внутри. Никто, кроме Каина. Он все ждал и ждал, когда девушка покажет себя настоящую, но со временем ничего не менялось, поэтому ангел решился на нестандартный эксперимент...

Голоса преследуют меня. Я не хочу идти у них на поводу! Не хочу убивать..

— А я думал, ты любишь загадки, — ответил Каин с усмешкой. Его голос был глубоким, будто снег хрустел под сапогами. — Разве не так ты пытаешься оправдать своё существование? — Ты не загадка, — холодно парировала Лэйн. — Просто ошибка.

Если это грех, то почему он так сладок? Если это грех, то они готовы быть грешниками до конца своих дней. Если это грех, то почему он такой притягательный? Если это грех, то они не будут каяться в нём. Если это грех, то почему они не могут остановиться? Если это грех, то ночь унесет и скроет их тайну вместе с собой...

— Ты всегда так смотришь?

Сложно узнать всю картину правды, если не хватает части информации. Это как пазлы, от которых потерялись детали, и теперь рисунок все никак не складывается воедино. Появляется все больше сомнений. А действительно ли тот, кого подпустил близко к себе, на твоей стороне?

Как много мы готовы простить тем, кто нам дорог? И можно ли простить предательство тому, кем ты полностью одержим? *** «Каин почти механическим движением приподнимает меня над полом, а в следующее мгновение я чувствую кожу его ботинок под своими ногами вместо холодных досок. Что за?.. — Могла просто попросить меня уйти, а не морозить ноги. Пожалуйста, говори, Лэйн, — В глазах темнеет; сознание пронзает воспоминание...».

После сцены с Каином в 1 серии 2 сезона сложилось впечатление, будто прикосновение к женскому телу для него в новинку. В каноне наверняка будет не так, поэтому захотелось пофантазировать на эту тему. В конце концов, совращение ангелов – это весело :)

Лэйн вторгается в мою реальность напористо, размашисто, как если бы была настоящей завоевательницей, но для этого ей не хватает осмысленности. Она делает это неосознанно, она метит на мне хирургической точностью анестезию, чтобы усыпить внимание и вколоть свой сок души, забродивший гранатовый коктейль со слезами девственно потерянного сочувствия, она желает обрести во мне смысл, заражает этим. Но я не делаю из нее исключения, я по-прежнему верен абсолютной отторженности. Она — революция.

Ян затягивает бинт туже обычного, шипя себе под нос от вспыхнувшей боли. Должно быть, старые подруги-бинты настолько истощили, стёрли и содрали с него кожу, что Лэйн удалось пробраться сквозь неё.

Даже сибирским холодам не под силу заморозить чувства, что пылают в груди.

— Видела бы ты себя, птичка. Такая распростёртая и нуждающаяся. Сплошной беспорядок, — мурлычет ей на ушко Каин. — Что бы сказал Дмитрий, увидев тебя такой?