Кевин начал проходить психотерапию в начале осеннего семестра. Это было не его идеей, и он был не то чтобы сильно доволен. Он и с Лисами едва ли мог говорить о своих проблемах, — и то, когда говорил, обычно не был трезв, — а тут он должен был обсуждать их с совершенно незнакомым человеком?

Жан замечает всё: взгляды Лайлы и Каталины в его сторону, когда они думают, что он не видит — сначала ему кажется, что они просто рассматривают количество шрамов на его теле, но потом он осознает, что кажется, дело в другом. Их прикосновения — их всегда много, они всегда такие мягкие и ненавязчивые, что Жан становится от них зависим. Замечает, как много времени они проводят с ним, как постепенно включают его в свою жизнь… А потом они дарят ему секс-игрушку, и дело принимает новый оборот.

Нил уверен, что он летит в Эвермор с одной целью: забрать Жана и привезти его Кевину, чтобы увидеть на лице Кевина такую редкую улыбку, — но Нил никак не ожидает, что и сам успеет привязаться к Жану за какие-то две недели и уехать без него уже просто не сможет.

Джереми — сама невинность — бросает взгляд на Элисон, и та посылает ему хитрую ухмылку в ответ, а потом опускает наманикюренные пальцы Кевину на плечо. — У нас появилась идея, — Джереми склоняется ниже и шепчет ему на ухо, пока пальцы скользят к внутренней стороне бедра, — хотим помочь тебе отвлечься и расслабиться. Вдвоём. Что думаешь?

Рене спасла его, когда он так в этом нуждался, Кевин был рядом в худшее время его жизни, — и потому сейчас Жан просто не мог поверить, что может своей любовью отблагодарить их обоих. Он не смел и мечтать о том, чтобы иметь так много: чтобы иметь сразу двух людей, готовых любить его со всей искренностью и чистотой, — но всё же это стало его реальностью, его смыслом жить дальше, его спасением и его светом. Его маяком, который освещал путь.

У Кевина была и правда счастливая жизнь: любимый человек, точнее — вампир, работа, которой он наслаждался, друзья. Но всё пошло под откос, когда Ичиро совершил нечто непростительное и они расстались, а Кевин ввиду некоторых обстоятельств попал во временную петлю. Теперь в каждой новой жизни он избегает встречи с Ичиро и проживает свою жизнь заново, пока не решается на «второе» первое знакомство. И Кевину удается выйти из петли — но готов ли он снова увидеть Ичиро? И что между ними теперь?

Иногда болит так, что не помогают никакие обезболивающие — потому что боль, плотно укоренившись в голове, пожирает изнутри. Когда такая боль пускает внутрь тебя едкий чёрный дым, важно, чтобы рядом был кто-то, кто сможет стать маяком, осветить путь и вытереть кровь с саднящих ран. Лучшее лекарство от боли для Кевина — Эндрю и Нил. // Или: спустя два года после перелома у Кевина снова начинает болеть левая рука, и он — в панике.

Кевин считает Нила своим лучшим другом столько, сколько себя помнит, и потому думает, что его влюблённость в него — совершенно и бесповоротно глупая. У него перехватывает дыхание, когда Нил слишком близко, он готов проводить с ним каждый час каждого дня, ему нравится обсуждать с ним его увлечения, — но он страдает от этого, когда оказывается в одиночестве, и продолжает винить себя. А потом Нил тоже начинает как-то странно вести себя, и Кевин совершенно теряется.

Когда Рене посреди ночи заявляет, что едет в Гнездо за Жаном, Нил не может совладать со своей тревогой. Настолько не может, что со стороны это даже выглядит подозрительно. Что произошло между ними за время тех недель, которые Нил провел в Гнезде? // или: пять раз, когда Жан целует ушибы Нила, чтобы ему было не так больно, и один — когда Нил пытается сделать то же самое для Жана.

!music band AU, где Кевин, Нил и Эндрю — участники музыкальной группы, которые состоят в отношениях и живут свою лучшую жизнь, записывая музыку и выступая на стадионах. что может нарушить их привычный и теплый распорядок?

— Тебя всегда достаточно, — произносит Эндрю твердо, выделяя каждое слово, и настолько точно попадает в мысли Кевина, что того пробивает дрожь. — Никогда не позволяй никому говорить иначе. Я не позволю. — Кевин открывает рот, чувствуя, как падает, просто несется в глубокий обрыв любви к этим двум парням, но в итоге не может найти слов. Поэтому он просто кладет ладонь поверх руки Эндрю, лежащей на его скуле, и ещё несколько секунд они лишь смотрят друг другу в глаза, не двигаясь.

Стоит только Жану пожаловаться на усталость под конец года, и Рене с Кевином тут же бронируют на троих домик в лесу в другом штате, чтобы отдохнуть подальше от городской суеты. Но Жану приходится задержаться в городе ещё на два дня, а приезжает к своим партнерам он с неожиданным сюрпризом. И, к счастью, ничего не мешает им посвятить несколько дней друг другу и встретить Рождество в заснеженном лесу.

Кевин просыпается по ночам и лежит в холодной, до судорог пробирающей темноте, потому что его душат чужие руки. Эти руки — олицетворение его наивности, всех его попыток доверять, они сжимают снова и снова, заставляя задыхаться, жадно хватать воздух бледными и пересохшими губами. Он не может пошевелиться: просто ждёт, пока это пройдёт и свежий воздух снова ворвется в лёгкие. Иногда ему страшно, что однажды он просто не сможет снова начать дышать.

Жан до сих пор не до конца понимает, как они к этому пришли. Потому что ничего не предвещало: это должна была быть обычная дождливая суббота, вечер которой они провели бы за просмотром фильма в объятиях друг друга и с тарелкой нарезанных фруктов. Они должны были накрыться пледом, Нил бы лег в объятия Жана так, чтобы спрятаться в них, а тот время от времени касался бы его лба поцелуем. Но вот они сидят без фруктов и даже без пледа — а на компьютере перед ними открыта вкладка с порносайтом.

Кевину нравится, как звучит «мистер Дэй», нахально слетающее с губ Нила, нравится, как он поправляет растрепанные рыжие кудри, нравится, как его голубые льдистые глаза внимательно скользят по строчкам или следят за движениями рук учителя… Но ему совсем не нравится это воздушное ощущение в груди, которое у него вызывает его ученик. И больше всего Кевина беспокоят шрамы на теле Нила, которые тот случайно выдает, закатав рукав вечно огромной толстовки.

Жан для Натаниэля — что-то иное. Новое. Глоток свежего воздуха, яркая краска на черно-белом полотне однообразных будней. Натаниэль и не думает, что Жану вообще есть дело до чувств и влюбленности, и потому не надеется на взаимность и не пытается рассказать ему о том, что чувствует сам: ему достаточно того, что Жан рядом, того, что он может заботиться о нем, помогать и просто показывать свою привязанность. Но Натаниэль не знает, что Жан тоже молчит — и очень, очень о многом.

маккензи лукаво щурит глаза, не сводя взгляда с эллисон в противоположном конце внутреннего двора кампуса. рейнольдс, как всегда, выглядит на все сто, окружённая толпой. честное слово, даже появление кевина не вызывает такого ажиотажа. у эллисон это получается как само собой разумеющееся. кейтлин на секунду встречается с рейнольдс взглядом, с трудом выдерживая вспыхнувшее сексуальное напряжение. аарон рядом с ней шумно выдыхает.

Кейтлин почувствовала, как внутри неё разгорается огонь. Это была не просто симпатия. Она поняла, что связь, о которой говорили мальчики; связь, которую они разделяли друг с другом, а теперь и с ней, была реальной. Это была не детская сказка.

эндрю фонит безразличием, а нил пытается понять, как починить то, что ему так легко удалось разрушить. если бы это было так просто, он бы даже не стал заморачиваться, но эти упрямые бараны даже не собираются мириться. невыполненное обещание миньярда мешает дышать им всем.

Он бывший наркоман, и достаточно знать, где достать запрещённые вещества в нужное время. Это происходит не нарочно, окей. Эбби предупреждала и его, и братьев, что рецидив возможен, и в этом нет ничего постыдного.