Он тебя тоже очень любит — всегда это тебе говорит, но если по пьяни, лучше бы никогда это не слышать. Если начал признаваться в любви по пьяни — все, считай, наутро опять драить квартиру. Потому что любит он так, что ради тебя ему ничего не жалко: ни стульев, ни сервиза маминого, ни телефона, ни тебя, ни-че-го.

Мы с Семёном решили, что перевести все в шутку — лучший выход в данной ситуации, и как-то незаметно втянулись.

— Тебе понравилось трахать мою Ингу? А мы будем трахать тебя. Как знать, может, тебе это тоже понравится?

– Эти твои порисульки бабам оставь. Понятно? – Он смачно рыгнул и сплюнул прямо на пол, на ворох сваленных у его ног измятых альбомных листов. Алёша сидел на стуле ни жив ни мёртв, смотрел, как за шевелящимися варениками отцовских губ проглядывают кривые жёлтые зубы.

Даже самый сильный дождь рано или поздно заканчивается, оставляя после себя огромные лужи, побитые цветы в клумбах и прохладный влажный воздух.

Освальд, хирург-вдовец с двумя детьми, повстречал отличного альфу. Все бы сложилось великолепно, да сын-омежка оказался истинным того самого альфы...

Мой последний рассвет занимается за решеткой тюремного окна. Кто из нас не думал, каким он будет, его последний? Дерзко ворвётся в комнату сквозь незадёрнутые шторы, ослепит редким и оттого злым солнечным лучом? А может робко мазнёт по векам тусклым зимним светом или сольётся с осенней сонной хмарью? Мой наступает прямо сейчас — у меня нет иллюзий на этот счёт.

А потом он увидел его… Сначала профиль, потом на секунду встретился с ним глазами, споткнулся, нервно дернул за конец шарфа и понял, что пропал. Захлопнул за собой дверь кабинета, прислонился к ней спиной и тоскливо подумал, что вполне мог бы обойтись без любви с первого взгляда.

Когда отец разорился, Марат не мог даже представить, что помогать семье придется именно ему и так...

Несколько дней из жизни Андрея Петровича, обычного российского мужика...

— У тебя есть какие–то другие планы на вечер? — спросил Стрелецкий. Вот теперь все четко вставало на свои места — и приглашение на мероприятие, и мутная история с утверждением макетов, и особенно оброненное Стрелецким «не скучай» на фуршете после презентации. Руководитель департамента хуй–запомнишь–чего его клеил. Прямо сейчас, прямо здесь, в ресторане с морепродуктами и без бургеров Женю клеил мужик. И сдавать ему до конца жизни высшую математику каждый день, если это не так.

Может, девушка? Может, ипотека? Может, всё сразу? Илья хочет гадать, но не может: знает прекрасно. Но это не мешает хотеть быть хотя бы одной из этих проблем. Иногда кажется, что он — баг в системе. Не человек, а ошибка: сидит, улыбается, жмёт руки, пишет в мессенджере «ок, посмотрю», а внутри — сирена. Рвущаяся, навязчивая, истеричная: «Посмотри на меня. Посмотри. На. Меня».