порево ради порева хз

Как и во многих подобных ситуациях, всё начинается резко и неожиданно — со спонтанного порыва шлёпнуть Рацио по заднице.

— Орёл, и ты трахаешь меня на этой кровати, как хочешь ты, — он противно подмигивает, будто бы перед ним мальчик по вызову, а не член гильдии эрудитов, — решка — я трахаю тебя на этой кровати как захочу.

Доктор Ратио не имел и малейшего понятия, когда беспечный и азартный Авантюрин загорится для него новыми красками – нежными и манящими. Вот и Авантюрин, изначально полюбивший профессора за строгость и излишнюю уверенность, теперь понял, почему тот закрывает лицо во время лекций гипсовой маской.

Веритас Рацио оказывается слишком вкусным для Авантюрина.

— Мне не нужны грязные деньги. Мне интересен лишь ты. Сам то знал, что такой забавный? Даже нет, не так, — Авантюрин задумчиво провел кончиками пальцев по чужому лицу, — Ты слишком правильный, упорядоченный, хуев профессор, — мужчина низко засмеялся, после чего продолжил свой монолог одержимого безумца, — Знаешь, я когда-то тоже был таким, как ты, но потом, сука-жизнь расставила всё по местам, и вот я там, а ты здесь…

- Боже мой, доктор, - Авантюрин взял его руку в свою и поднес к губам, оставляя нежный поцелуй на внутренней стороне ладони, - Это жалкое выражение на вашем лице... - Дыхание Рацио стало прерывистым, становясь намного чаще.- это всегда заводит меня...- Легкий толчок заставил Рацио выгнуть спину и закатить глаза, издав гортанный стон.

все мечты авантюрина прямо сейчас наяву: вот он, казалось бы, недоступный и такой важный доктор, член самой гильдии эрудитов, сейчас лежит перед ним на кровати и жадно хватает воздух ртом. а воздуха действительно не хватает. никому из них.

Авантюрин должен был увидеться со своим новым партнером для предстоящей миссии утром — а к вечеру он собирался встретиться с горячей милфой. Но его партнер так и не появился, и что ж… к вечеру он подумал, что великолепный мужчина, стоящий перед его дверью, и есть та самая милфа…

«Что-то случилось?» – Авантюрин забирает книгу из его рук, откладывает на соседнюю подушку. «Ничего не случилось. – Веритас слабовольно отворачивается. – По крайней мере, ничего, что стоит того, чтобы столь бесцеремонно отбирать у меня материалы для чтения. Верни книгу». Авантюрин ожидаемо не ведётся. Закатывает глаза, отодвигает её ещё дальше и не менее бесцеремонно берёт за подбородок, заставляя повернуться назад. «Врёшь, – делает он убийственно правильный вывод. – Случилось. Рассказывай».

— Веритас, погавкаешь для меня? — Тюрин, даже при таких обстоятельствах, это чересчур. — Тише, — в голосе звучала сталь. Она пронизывала мысли и тело Веритаса, словно игла. До невозможности острая. — Когда я говорю молчать, ты должен молчать. Когда я говорю погавкать, ты должен погавкать. А если прямо сейчас скажу отсосать, то отсосать. Будь послушным. Тебе же нравится, когда я тебя хвалю, да?

Утро обычного дня понедельника никого не щадит. Даже для Авантюрина, которому приходится вставать в шесть утра это обычный день рабочего дня...или нет?

Спорить с Авантюрином... Та ещё задача, но чаще всего выигрывает в споре сам мистер удача, так и получилось. Веритас проигрывает Какаваче и расплачивается за свой проигрыш.

«Ну, ну...» Авантюрин наклоняется к нему поближе, сладко нашёптывая. Снова, как в тот самый раз. «Разве сейчас не время для шоудауна?» он проводит по слегка подрагивающей руке и без каких-либо препятствий раскрывает карты. «Бэд бит, Рацио.» Осторожно! NC-21 отдыхает.

Рацио хрипло выдыхает, старается утихомирить собственное возбуждение, потому что непроизвольные ласки, объятья и поцелуи распаляют даже его стойкую нервную систему, превращая в сжавшийся комок электрического тока, что готов кусаться и царапаться на агрессора. Авантюрин двигается дергано, тело реагирует на любые прикосновения от возлюбленного, даже самое простое стискивание волос на его затылке приводит к тому, что Рацио оказывается под ним вжатым в кровать.

Дилемма «что подарить человеку, у которого всё есть» не стояла: то, что Авантюрин жаден до знаков внимания, Рацио усвоил быстро. А ещё совершенно точно было что-то такое в том, чтобы видеть, как Авантюрин павлином расхаживает в его подарках. Что именно, Рацио так и не понял, — но это чувство оказалось волнующим.

— Знаешь, — проигнорировал замечание Авантюрин. — Ты мог бы просто сказать, что у тебя стоит на меня с пистолетом. Это и во время нашей первой встречи было весьма заметно.

Рацио ведёт носом по шее сзади, втягивает настоящий аромат тела без лишних парфюмов. От этого ведёт ещё сильнее. — Я только проснулся, док, имейте уважение не трахать меня около раковины, — сквозь тихий стон посмеивается Авантюрин, тщетно пытаясь вывернуться из крепкого захвата. Или хотя бы немного увернуться от упирающегося в бедро стояка.

После азартных игр Авантюрину всегда хочется трахаться, а Рацио с охотой исполнит все его прихоти, хоть прямо на игральном столе.