Звуки не были похожи на привычное мышиное цвиркание или писк: те были более громкими и напоминали резкую высокую трель, — и именно это осознание заставило Тэхёна замереть на пороге с наполовину открытой дверью, ведь его знаний о поведении этих зверьков хватило для того, чтобы сделать два важных вывода. Во-первых, летучая мышь, прилетевшая к нему на порог, исполняла брачную серенаду. Из этого знания вытекало «во-вторых»: в человеческой ипостаси та была… мужского пола.

Этот вечер точно не пройдет спокойно, их взгляды снова нашли друг друга, и эта улыбка снова заставляет что-то ломаться внутри несчастного школьника.

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

— Хён, — пьяно ему улыбаясь, Чонгук морщит нос, и только по взгляду затуманенных алкоголем глаз Тэхён может понять, что сейчас Чон произнесёт что-то такое, что, может быть, ранит. Скорей всего, ранит, ведь так происходит абсолютно всегда, когда речь заходит о том, кто сейчас сидит напротив него. — Давай совершим ошибку? С кем, как не с тобой, мне ошибаться? Ведь ближе тебя никого нет и не будет.

Когда вы два одиноких человека, отчаявшихся обрести крепкую любовь, помочь вам сойтись смогут только ваши дети.

В ординатора-первогодку Чон Чонгука восемь лет безответно влюблён альфа, заведующий хирургией Ким Сокджин мечтает о ребёнке, а вокруг старшего медбрата Пак Чимина то ни одного достойного альфы, то сразу два.

Всё банально. Всё просто. Всё, как у всех.

— А теперь скажи мне, пожалуйста, в какой Вселенной я весь из себя такой идеальный? — В моей.

Тэхён и Чонгук уже давно в разводе, но их дочь-подростка этот факт категорически не устраивает.

Намджун иногда шутит, что я жду, как какой-нибудь красавчик постучит ко мне в двери, при этом сам носа из дома не показываю, чтобы с кем-то познакомиться. И вот сегодня один красавчик и правда постучал в мои двери. И остался здесь на всю ночь. Можешь себе представить, какое поле для шуток ты открыл моему брату?

Важно не то, с чего их история началась (с ненависти, оскорблений и презрительных взглядов). Гораздо важнее то, чем она закончилась (любовью, любовью, любовью).

В многоквартирных домах не часто меняются жильцы. Когда шумная семья продает соседнюю квартиру, Чонгук искренне благодарит всех богов, которых только знает, и надеется, что новые владельцы будут тихими, спокойными – в идеале, пожилой парой. Но всё летит к чертям, когда соседом оказывается молодой альфа, что вместо приветствия надменно окидывает взглядом и в тот же вечер закатывает гулянку.

Омегам на службе приходилось нелегко, но Чонгук со всем справлялся. Справлялся до тех пор, пока на горизонте не возник один весьма интересный объект, кому сначала хотелось щедро заехать по морде, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку, а потом смело прокатиться на его члене, потому что горяч, сукин сын, что аж скулы сводит от желания.

Чонгук готов взвыть. Опять он. — Чонгук-хён! Чонгук-хён! — звучит радостно. Подросток со всех ног мчит к нему навстречу, и не просто так, а с букетом. Стыдоба. ИЛИ Тэхён с двенадцати лет говорит о том, что Чонгук его будущий муж.

— Не знаю, что ты себе вообразил, сучоныш, — а вот это было чем-то новеньким, — но мы с тобой не женатики. Ты мне не интересен. Если бы не мой сын, этого всего, — он обводит рукой пространство, — не произошло. — Точно не интересен? — Тэхён склоняет голову набок. ИЛИ Чонгук зрелый омега с непростым характером, который давно уже ничего не ждет от своей размеренной безбедной жизни, но в игру вступает один наглый сучоныш.

— Ты хочешь сказать, — влез Хосок, — что вот он, — и указал обеими руками на Чонгука, — тот самый «зайчик»?

Это чертовски неправильно, но у Тэхёна не выходит подавить своего альфу, голодно рычащего каждый раз, когда запах Чонгука, такой запретно сладкий и родной, просачивается в голову и оседает в лёгких, не позволяя думать ни о чём другом. Возможно, у него бы и вышло избавиться от этих грязных, неправильных мыслей, если бы омега, всегда державший его слишком близко для младшего брата, их не поощрял.

Тэхён пока его не знает. Знает только, что этого красавчика зовут Чонгук, услышал в разговоре. Но сейчас, глядя на его профиль, губы такие соблазнительные, думает о том, что должен его узнать. Запустить пальцы в длинные волосы, нажать сильнее, чтобы он опустился… Да и сам не прочь встать на колени. Слишком хорош тот, кто как будто намеренно игнорирует и не смотрит в его сторону.

у беременных свои причуды.

— а что тут непонятного, чонгук? — женщина снова вздыхает, вот только на этот раз более раздражённо. — ты не думал, что тэхён для себя может видеть в твоей беременности неудобство? всё-таки потребность у альф в сексе остаётся потребностью, с которой ты ему помочь в своём нынешнем состоянии больше не можешь.