Когда пришлось работать с тем, кого, как был уверен, ненавидишь, и уж точно не думал, что этот кто-то попадет в твою спальню ведь там хранится... По арту: https://x.com/oekakiyukaine/status/1902724749966598345

После очередного рейда в каверну юные Хуго и Ликаон берут передышку на Объездной. А вот как они будут избавляться от переизбытка адреналина — другой вопрос.

Говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Хьюго стоило вспомнить старую добрую мудрость перед тем, как доверять этот тихий томный вечер в компании одного дотошного дворецкого двенадцати банкам нитро-топлива и одной очень сомнительной игре.

Хуго и Ликаон остались наедине в обществе друг друга. Конечно же они воспользуются этой возможностью.

Согласившись сопровождать Робина на «весьма и весьма важную встречу» («Свидание, ты хочешь сказать?» — не преминул уточнить Хьюго, что Робин довольно смущенно проигнорировал), Хьюго не ожидал, что Мажордом тоже прихватит с собой хозяина.

От обсуждения нового жанра под названием «Омегавёрс» до воздействия полнолуния — Хьюго и Ликаон оказываются запутанными не только в делах судьбы, но и в постели… в основном в постели.

Хьюго ненавидел брокколи. Просто не переносил их. Ликаон же старался заботиться о своём напарнике, даже если тот сопротивлялся.

Это кинк на галстук Ликаона? Кинк на его шерсть? На его хвост? На его очки? Ох, хм, я думаю, это кинк на Ликаона.

Ну, допустим, все участники истории знали к чему это идет, но притворяться дурачками было увлекательнее.

После признания Хьюго прошло чуть больше недели. Все это время Ликаон совсем не мог найти себе место.. он извинился, но продолжал думать, что этого недостаточно. Он пытался выведать у Хьюго, что тот чувствует, но тот просто отмалчивался или уходил от темы. Ликаону это не нравилось. Они все же теперь не дети, они могут спокойно поговорить. Могут же?...

Как пуля оказалась в его ноге, Ликаон не спросил. А Влад бы не ответил, по-большей части — из вредности, чего он и не стеснялся. Он вообще много что делал из вредности и считал это вполне нормальным. Из-за мести ли за продырявленное сердце когда-то в прошлом или просто по привычке — он прекрасно знал, что волк смирился с его отвратительным характером, но, пока Влад не повышает градус, они вполне могут сосуществовать вместе на одной территории. Пусть и (пока что) временно.

Если опьяневший и крайне недовольный Хуго не может признать, как сильно он нуждается в Ликаоне, это за него сделает Вивиан. Потому что она отличная напарница.

«План был во-первых, гениален, а во-вторых, элементарно прост» Хьюго ведет Ликаона в кино. На фильм про собачку. Так, посмеяться.

Студентка филфака Вивиан получает задание от профессора создать свой рассказ, используя реальных людей. У неё тут же возникает идея, но для начала нужно свести Хьюго с Ликаоном, что приводит к неожиданным поворотам...

— Ты этого хотел? — прорычал Ликаон, голос с хрипотцой, рвущийся изнутри. — Ты умолял об этом? — Я этого добивался, — поправил Хьюго, откидывая его голову назад за волосы, пока их взгляды снова не встретились — его глаза светились алым, в ответ на дикое, пылающее багровым в Ликаоне. — А ты приполз, как хороший мальчик~ Это сломало последнюю хрупкую нить терпения.

Знакомый голос, угасающий закат, чувство, которое не нужно называть, но которое всегда можно узнать. И всё это рядом с ним...

Влад подаётся вперёд и хватает когтистую лапу своей рукой, и сквозь шерсть Ликаон прекрасно чувствует, что даже спустя столько лет руки Хьюго всё так же холодны, а сердце и душа наоборот — всё так же горячи.

Их юность была огнём — спонтанные ночи, долгие поцелуи и никаких ограничений. И без Ликаона эти воспоминания не имели смысла и приносили только боль. Он смог вернуть себе его расположение, но одна навязчивая мысль не давала покоя… могли ли чувства Ликаона к нему остыть?

— К слову тирены, и особенно псовые, очень хорошо улавливают эмоции. К примеру страх, гнев... И... Он снова недоговорил, лишь приоткрыл губы и прошептал, но Хьюго его не услышал. Не услышал, но всё равно прекрасно понял, будто прочитал по губам. "Возбуждение".

Хуго, когда называл себя коллекционером, не врал. Только коллекцию эту лучше бы никому не видеть. Особенно — Ликаону.