Его укусы болезненные, но терпимые. Хэ Сюань успел привыкнуть к столь странному пристрастию возлюбленного, это даже стало чем-то обыденным. Тем не менее боль сменялась ласковыми прикосновениями губ, на месте укусов были приклеены пластыри с милыми наклейками. Это стало приятной привычкой, от которой вовсе не хотелось отказываться.

Ванилла привык к порядку и контролю, но его спокойствие нарушает тот, кто живёт по своим правилам. одна деталь привлекает нежелательное внимание, и безобидное поддразнивание превращается в нечто большее. границы стираются, напряжение растёт, и привычный мир начинает рушиться. что делать, когда тот, кто всегда раздражал, вдруг оказывается слишком близко… и уходить не собирается?

На границе разума плящут тени, увлекая в пляс нечто светлое, вовсе не стараясь погубить, а поиграть и насладится тем, что поправу должно принадлежать тебе.

Комната слишком светлая. Это вычурно, в тошнотворном смысле. Полированные полы блестят под мерцающими люстрами над головой, вынудив его щурить глаза. Несколько ваз, рассыпанных тут и там, заполняют помещение приторно-сладким ароматом — даже изголовье напоминает вафельный рожок, обрамляя простыни аккуратно заправленной постели. Снаружи сияет золотое солнце, лучи света просачиваются сквозь занавески, что колыхались на полуденном ветру. Это должно быть красивым. Роскошным. Гостеприимным.

Неловкие касания, долгие взгляды и переглядки стали частью жизни Вайт Лили и Пьюр Ваниллы, который отказывался принимать абсолютно очевидное, считая, что он надумывает лишнего. А Лили просто стала более открытой к нему после своего воскрешения, что само по себе было событием радостным, но… странное предчувствие не покидало его, когда он будто бы видел в розово-алых глазах синие огоньки, такие до боли знакомые. Но это невозможно, правда ведь? Шэдоу Милк не мог искажать саму реальность? Да?

У Ванили сбежал кот, и он, ища его, наткнулся на очень странного человека с… кошачьими ушами?

Уживётся ли ангел среди людей? Не узнаем, пока не попробуем....

Это было как хобби, привычка, потребность. Авакен Ванилла лежит на коленях у Мудреца Шадоу.

Когда-то у этого существа были мечты, надежды, стремления, амбициии. Были даже имя, личность и воля. Где-то среди иллюзий наяву и во сне, в отражениях разбитых зеркал, бесконечных коридорах без начала и конца затерялось нечто некогда очень важное и необходимое.

Он стоял перед ним с пылающими щеками, удерживая в одной руке насквозь промокшую красную шапку, а в другой на вид вместительный красный мешок, громыхающий чем-то картонным. Лицо Кенмы расплылось в восторженной улыбке. Он не видел Шое вот уже несколько месяцев.

Для каждого из нас в мире есть нечто сокровенное. И для него это его волосы... Он никому не позволяет их трогать. Но Хината — исключение.

Шедоуванилы канон

Это чувство — едкое, тягучее, словно яд, впивалось в его сознание. Нездоровое. Это была не просто обида на безразличие — это было нечто большее. Это было желание отнять.

Пур Ванилла попал в ловушку Шедоу Милка. Единственный способ вернуться к друзьям — сыграть со Зверем в три игры.

Шэдоу почти повержен, но Ванилла решает усидеть на двух стульях сразу, дав ему последний шанс

Лука, как всегда, смотрел своим бесстрастным взглядом, и кажется не проявлял ни капли эмоций. Тилл не знал, что ему с этим делать: Разозлится? Радоваться ? Плакать в конце концов? // Au!Актеры

Café AU | #ALNST | #IVANTILL — Так, Тилл. Знаю, прозвучит плохо, но мне нужно уточнить, — она остается дружелюбной, но с голосе есть определенная серьезность, — вы двое в отношениях? Когда горячий коллега все время пристает к тебе, но ты замечаешь это только после вопроса менеджера, спросивший тебя, хочешь ли ты разобраться с этим.

(Рокерская AU) Когда Тилл заявил, что собирается завязать, Иван не то чтобы воспринял эти слова всерьез.

Школа! АU: Иван больше не позволит никому причинить Тиллу боль, он пожертвует всем, чтобы защитить его: собственной репутацией, временем, деньгами, своей жизнью. Поэтому, когда ему приходится начистить лица нескольким парням, он считает это самой маленькой ценой, которую мог заплатить. Но Тилл, конечно, с ним не согласен.

Тилл медленно открывает глаза. Он оказывается немного дальше от окна, чем обычно бывает, и это приносит его в небольшое замешательство. Более того, кажется, его подушка совсем прогнулась, так как голова немного затекла от твердости кровати. А еще есть ощущение, будто его кто-то обнимает...