Ванилла думает, что всё это блажь, наваждение, что он справится с очередной уловкой Шута. Наивный ванильный мальчик.

Ты молчишь, и лишь устало смотришь куда-то в сторону, постоянно о ком-то думая. Когда я обнимаю тебя за шею, и начинаю дразня шептать о том, какая же ты глупая печенька, ты снова молчишь, заставляя скрежетать зубы от злости.

— Великолепный я вернулся к любимому Нилли! — раздался звук закрываемой двери, который сопроводил слова Шедоу Милка. — Малы-ыш Нилли, ты где? — Я же просил не называть меня так, — немного недовольный голос Ваниллы произнес упрек. — Почему ты пришёл так поздно? Ты обычно возвращаешься гораздо раньше. — Сегодня я встретился с давней подругой. Мы погуляли, выпили вина, а затем отправились в роскошный пятизвездочный отель... И представляшь, у нас был замечательный секс!

На границе разума плящут тени, увлекая в пляс нечто светлое, вовсе не стараясь погубить, а поиграть и насладится тем, что поправу должно принадлежать тебе.

Шадоу говорит, что Ваниль — просто марионетка. Но они оба чувствуют, что это не так. Есть что-то большее, связывающее их сильнее, чем каждый мог бы представить. И оценить силу этой тяги возможно только эксперементальным путем

с каких пор Шадоу Милк будет перед ним на коленях?

Ванила - довольно таки чистоплотный , но его друг - Шедоу , совсем наоборот. В один момент Чистой Ванили ето все крайне надоело и прошло время все взять в свои руки

...или же рассказ о том, как Шадоу Милк сходит с ума и радости от того, что Ванилла находится на его стороне.

Шадоу Милк танцует с горячо любимой марионеткой

Ты в порядке, ведь ты полностью под моим контролем. Принадлежишь мне с головы до ног, без остатка и исключения. Больно, знаю, но ты пойми - все в порядке. Ведь все под контролем. Моим.

— Но... тебе ведь не к чему всё это ты... — На секунду Пьюр Ванилла задумался, не решаясь продолжить, но собрав все оставшиеся силы всё же продолжил: — Мы могли бы стать хорошими друзьями. — На одном дыхании выпалил блондин, заглянув прямо в голубые глаза Шадоу Милка, в взгляде Ваниллы читалась лишь такая чистая и невинная искренность. Лучик света надежды, готовый проникнуть даже в самую густую и непроглядную пучину лжи и отчаяния.

нестандартный способ спасти ваниллу от постоянных пропусков еды.

Если бы древние изначально показали другой путь и наполнил души падших героев светом, то, возможно, звери могли бы иметь шанс искупление. AU: звери с самого начала могли следить и общаться с новыми владельцем соулджемов, и к чему бы это привело.

Когда молодому Чистому Ванильному печенью дают кусочки разбитого Соулджема Теневого Молочного печенья начинают происходить странные вещи. Внезапно его магия становится нестабильной и он чувствует, что за ним наблюдают. Спустя годы он становится носителем Соулджема и узнаёт, что его... защищают, будь то от хулиганов или монстров. Чистая Ваниль покорил сердце зверя, который жаждет освободиться из заточения.

Одному секретарю его величества, работа которого была заключена в переписи свитков, книг, и уборки, в один прекрасный день взбрело в голову, что его присутствие не ценят и к ему самому относятся как-то не так. Боясь стать простой дворцовой обстановкой он записывает свои переживания в потертый дневник.

Просто подборка хэдов и идей из моего телеграма с этими думя милашками. Так же две маленькие расписанные зарисовка: одна с утренними нежностями, вторая с идеей ревности.

— Ваш план — полный бред! У Вас такие гениальные идеи, а Вы используете такое! — Пусть Ванилла и стал дефектом, которым завладел Шэдоу, но он не потерял свои умственные способности и понимал, что с таким планом они далеко не уедут. — Ты бы осторожнее выбирал выражения, Силли-Ванилли.. — Арлекин поднялся со своего места и сократил расстояние, угрожающе нависая над своей новой игрушкой.

Шедоуванилы канон

Когда-то у этого существа были мечты, надежды, стремления, амбициии. Были даже имя, личность и воля. Где-то среди иллюзий наяву и во сне, в отражениях разбитых зеркал, бесконечных коридорах без начала и конца затерялось нечто некогда очень важное и необходимое.

Истина и Обман, словно механизм, работающий чётко, как часы, не могут существовать друг без друга где бы то ни было.