Ризли помнил только звук разбившейся вдребезги чашки, выпавшей на пол из его рук, когда он услышал «Покушение» и «Верховный судья» в одном предложении. Он смутно вспоминал, как рявкнул на бедного служащего что-то вроде «Почему я узнаю об этом только сейчас?!» и как выбежал из кабинета, вполуха слушая перепуганные объяснения помчавшегося за ним подчинённого.

Когда они занимаются любовью – всегда идет дождь. Даже если ночью на небе не было ни одного облачка, скрывающего луну, дождь начинался всегда. А еще всегда была напряженная спина Нёвиллета, отказывающегося смотреть в лицо Ризли, упорно пряча уставшие глаза в мягкие подушки. И если с первым Ризли мог мириться, его совсем не волновала бушующая погода за окном, то со вторым он был категорически настроен разобраться прямо сейчас.

– Месье Нёвиллет, – прохрипел Ризли, – не могли бы вы быть так любезны приподнять свою восхитительную задницу, чтобы я мог её трахнуть? – Согнув свои ноги в коленях, Нёвиллет прогнулся в спине и оттопырил свою задницу вверх. – Да, вот так, сердечно благодарю вас. – Прекращай паясничать, Ризли, – глухо произнёс Нёвиллет. – Ты знаешь, я не люблю это. – О, – обхватив свой член рукой, Ризли прижал головку к подрагивающей дырке. – Я думаю, ты обожаешь это.

– Я... – Ризли резко выдохнул, игнорируя быстро забившееся сердце, его взгляд вновь метнулся на белые полосы уже начавшей подсыхать спермы между чужих бёдер. – Ты даже не побежишь в душ?.. Я только что трахнул тебя, и теперь ты собираешься трахнуть меня? С задницей, полной моей спермы? Нёвиллет улыбнулся ещё шире, и, резко приблизившись к нему, прошептал ему на ухо: – Разве так не горячее?

Нёвиллет, которого прикрывает лишь рубашка, даже не сразу осознает, что тело под ним замерло. Он еще самозабвенно лижет его ухо, покусывая кончик и скользя немного глубже, когда слышит вопрос: — Мне же кажется, да? Вопрос больше риторический, но Нёвиллет замирает и тоже смотрит вниз. Как раз туда, где задравшаяся рубашка больше не скрывает два его половых члена.

Зачем Ризли полез под стол, если вполне мог оправдать присутствие в кабинете юдекса исключительно деловым интересом? Но кто же знал, что совсем немного возбуждëнный Нëвиллет вдруг станет таким пылким? Жалеет ли разложенный на этом самом столе Ризли о том, что разбудил в нём драконье-животную похоть? Нисколько.

Приходя в их общую обитель, Нёви тяжело вздыхает, замечая, что Ризли давно уже спит, не дождавшись его. Он всё понимает, поэтому и слова не промолвит на эту тему, ему остаётся лишь проявить всю свою выдержку и дождаться, когда у судьи закончатся загруженные важными делами дни. Закончатся же ведь?

Все драконы в какой-то степени собственники. В большей или меньшей. Невиллет — в чертовски большей, поглощающей без остатка, до костей, а после и сами кости. Будь его воля, он бы не оставил от Ризли ни капельки.

— Я не понимаю. — повторил Ризли. Он мог повторять это до тех пор, пока его голосовые связки не порвались бы в клочья, а глаза не вытекли бы окончательно, оставив лишь пустоту. — Я не могу понять, зачем я тебе вообще нужен, Невиллет. Я плохой омега. И человек тоже. Невиллет смотрел на него с нежностью и глубокой печалью. — Никто в жизни не полюбит такого больного омегу, как Ризли. Он не мог иметь детей. Не мог спариваться. Не мог даже сделать гнездо.

Между ними был заключён особый договор. Нёвиллету, как гидро дракону, приходилось переживать сезоны спаривания каждые пять месяцев, мучительно сильные и напряжённые. И в очередной раз Герцог здесь, в личном убранстве Нёвиллета, наблюдающий весьма удручающую, но жаркую картину.

– Мы серьёзно сделаем это здесь? – не унимался Ризли. Нёвиллет толкнул его на диван и резко опустился перед ним на колени. – Так вот в чём дело... Нёвиллет, я же сказал, ты мне ничего не должен. Я просто помог другу расслабиться после тяжёлого дня. Ты мне ничем не обязан. – Я этого хочу, – Нёвиллет произнёс со спокойной уверенностью, – Я хочу этого, Ризли, и тебе придётся поверить мне на слово. Это не услуга за услугу. Я хочу, чтобы ты трахнул мой рот. Я достаточно понятно изъяснился?

Вы знали, что у драконов бывает гон? Редкий, но такой тягучий и, бездна его дери, агрессивный, что, поверьте, оказаться на пути у дракона в состоянии гона вам бы не захотелось. Вот и Ризли не знал.

– Полагаю, мы оба расследуем недавнее дело, верно? У меня было предчувствие, что Вы будете в нём участвовать, – Ризли всё явственнее улыбался, и уголки его глаз окружили мимические морщинки. // Верховный судья Нёвиллет в одиночку отправляется расследовать дело и внезапно натыкается на своего коллегу.

Быть драконом воды крайне непросто. Стоит заплакать и сразу пойдёт дождь, стоит разозлиться, как в небе тотчас заискрятся молнии. А уж что произойдёт, если не удовлетворить его безудержное желание спариваться, ох... лучше не проверять!

— Не хотите с нами поиграть в «Я никогда не»?

Для Нёвиллета его течка - настоящее проклятие, которое он должен скрывать и переживать один. В один прекрасный день он оказывается в ситуации, когда скрывать свою тайну ему становится все труднее. Герцог Ризли дает ему приют и думает о том, как пережить самую странную в его жизни неделю и при этом окончательно не сойти с ума.