После смерти Вэй Усяня Лань Ванцзи начинает молиться всевозможным богам. Одним из них оказывается Хуа Чэн.

— Значит, Вэй Усянь и есть тот ублюдок, укравший твое тело? — спросил Хуа Чэн, игнорируя грозный взгляд Лань Ванцзи. — Похоже на то, — ответил Се Лянь. Или: Се Лянь и Вэй Усянь меняются телами, их мужья очень недовольны.

Бакуго реально, на самом деле переехал к Деку. Они живут вместе. Боже мой, они живут вместе. -- В котором страховые счета Бакуго растут с каждым взрывом его причуды, а у Изуку находится лишняя спальня и целый вагон терпения.

Есть пять стадий принятия ситуации. Стадия первая: Отрицание. Стадия вторая: Гнев. Стадия третья: Торг. Стадия четвертая: Депрессия. Стадия пятая: Смирение...Или принятие? Посмотрим, что из этого выйдет.

Как легко завоевать доверие, еще проще — потерять, но потом едва ли все можно будет вернуть обратно. А Лини хотел вернуть, хотел быть ближе к белокурой очаровательной путнице, коснувшейся его сердца, настоящего его (Сборник драбблов)

Деку — геймер-стример, у которого есть блондинистый сосед по квартире, коего он ласково и так по-детски называет «Каччан». Зрители рьяно шипперят своего любимого стримера с этим редко появляющимся в кадре камеры соседом и всячески подначивают тэгом «#ПоцелуйЗа100к», однако Изуку всегда отшучивается от всяких «гейских» тем. Вот только в один момент становится не до шуток, когда на экран прилетает донат в 100 тысяч с подписью: «Иди целуй своего ненаглядного».

Столько времени они успешно скрывали свои тëмные стороны от чужих глаз. И друг от друга тоже. И всё бы так продолжалось, если бы вдруг две организации враждующих стран не решили объединиться против общего врага для сохранения шаткого мира. На это задание отправили лучших. Лучшую наëмницу. И лучшего шпиона.

Все думают, что Фэн Синь — альфа. И у них нет причины сомневаться в природе этого громкого, агрессивного и сильного Бога Войны. Зачем? Да и не то чтобы есть желание расследовать этот вопрос. Вот только все ошибаются. А Му Цин однажды обнаруживает омегу, соорудившего гнездо из его одежд.

Му Цин решил, что сможет сам справиться. Справиться с демоном, справиться с ранением, справиться с ядом. Его упрямство и бесконечное "я сам" в конечном итоге привели к печальным и... несколько неожиданным последствиям.

Попав в аварию, Минхо теряет память и забывает всё, что случилось в его жизни за последние три года.

Минхо привык к тишине. Он привык к тому, что жители деревни избегают его взгляда, когда приходят за помощью, к тому, как они смотрят на него со страхом и недоверием, думая, что он не замечает этого. Привык к тому, что его мир — раскинувшийся сад за старой железной оградой, увитой плющом, и коттедж со знакомым теплом. Он привык, что есть только он, кошки и старые журналы.

— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

— Я счастливчик, — Иван нежно обхватывает ладонями лицо Тилла, проводя большим пальцем по его губам, всё ещё припухшим от их предыдущего поцелуя. — Я у тебя первый во всём. Чёрт, так он и думал. Тилл никогда к этому не привыкнет. // Тилл и Иван узнают, каково это — любить. И быть любимыми.

Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

Во время Аннигиляции Солнца Лань Ван Цзи оказывается бесповоротно искалечен. Не желая более обременять брата и свой орден, он тайно уходит, но судьба распоряжается иначе, сталкивая его с черным лисом, что понимает человеческую речь.

Вэй Ину сложно в новом теле, он скучает по старому, и Лань Чжань, кажется, тоже.

Когда в тишине напряженной сцены раздается едва слышный щелчок, Антону кажется, что он сходит с ума. Теряет связь с реальностью и начисто выпадает из жизни, потому что пробка, эта чертова пробка начинает вибрировать внутри. У Антона внутри — волны эйфории, целое гребаное море, растекающееся по телу, захватывая каждую клеточку, и он ерзает, гадая, как могла пробка включиться сама?

Чонгук прекрасно знал английский, но на вопрос Тэхёна ответить не смог. Просто он был не готов узнать в новом учителе своего любимого актера гей-порно.

— Я тебе дам... — Можешь не продолжать! — По ебалу!

Видит бог, Кацуки никогда раньше не думал о том, как хотелось бы трахнуть Деку. И видит бог - Кацуки сейчас пиздит как дышит.