Два старых врага воскресают, будучи скованными воедино...

Рейх потерял всё, буквально. Сейчас он лежит истекая кровью на асфальте, он искренне надеется, что это продлится не долго, ему некуда идти и неукого просить помощи. Союз это видит. О нем тоже забыли, но жизнь была к нему более благосклонна и он решает в последний раз помочь. Им больше нечего терять, но может есть что преобрести?

... Америка и двое других парней понесли пострадавшего в лазарет, потому что тот потерял сознание. — Видимо теперь все будут шептаться о тебе, а не обо мне. И на том спасибо — Усмехнулся СССР.  — Обращайся — Усмехнулся Рейх — Что-то ещё?  — Как я понял,тебя не особо задело то, что он тебя шлюхой назвал. Без обид. — Пожал плечами СССР.  — Я не шлюха — опёрся рукой на стол Рейх— Секс, это в первую очередь удовольствие, а как его получать мне без разницы, но я в любом случае не шлюха.

Рейх отчего-то был убежден, что кроме того, что Союз его спас, именно он собственноручно немца и убьет. Может быть, Рейх просто надеялся на это?

«Из двух зол нужно всегда выбирать меньшее» – немец несмело постучался в дверь. Была глубокая ночь, скорее всего, Союз уже спал. Рейх уже засомневался в правильности своих действий. Но когда русая голова выглянула из-за двери, то ночной визит показался самым правильным, возможно, единственным правильным решением в его жизни. — Чего не спим? — карие глаза совсем по-доброму улыбались. Рейх поверженно вздохнул: разве это зло? Хоть меньшее, хоть большее. Разве может зло одними глазами улыбаться?

Союз и Рейх оказались под одной крышей вполне закономерно. Сначала немец ступил на советские территории, хоть и стоило держаться подальше, особенно после тюрьмы. Потом Советы не заметил, как стал чаще просыпаться в купе или в номере отеля все так же один, но уже с ускользающим шлейфом знакомого запаха. И теперь он пустил Рейха остаться не только у себя в квартире, но и в сердце, как только вручил ему ключи от неё. Уже больше чем на одну ночь.

История про то, как Виктор борется со своей звериной потребностью, а Вольтер - со страхом секса.

Союз, преисполненый чувством любви, увозит Рейха к себе в деревню. Но вместо счастливой любовной жизни в пригороде, коммунист двусмыленно шарахается от сожителя. Рейх, мягко говоря, озадачен. В чем же тайна СССР?

Твоя улыбка свела с ума многих, но не меня. Она прекрасна. Кого ты любишь? О, мой милый Союзик, я заставлю любить только меня. Эти розы… Тебе так идёт красный цвет, ты бы знал.

Он научил его любить жизнь, а потом сам ее возненавидел.

Он был безумен, но так близок. Первая часть: «Дикий» https://ficbook.net/readfic/11730046

Рейх решается на рискованный шаг.

Союза и Рейха привязали друг к другу цепями. Буквально. Неразрываемыми сверхпрочными цепями. И крутись-ебись как хочешь.

Союз начинает комплексовать по поводу веса.

Россия, влюблённый в своего отца по уши, решает искать замену ему в самом, пожалуй, неподходящем месте. В его профиле для знакомств теперь гордо горела надпись «ищу строгого папочку».

АУ: Рейх слепой, Союз немой. А точнее, Рейх отрезал Союзу язык, а тот в ответ выколол Рейху глаза. Что может быть милее? Конечно, то, что они живут в одной квартире, словно давние супруги. А ещё Союз автопроигрыватель, а у Рейха есть пластилин и разные носки. И головы в банках.

Сложно представить ситуацию, когда человек, с которым вы вместе ненавидели и друг другу глотку рвали, единственный, кто проявил к тебе человечность. Однако, когда с тобой это случается, начинаешь задумываться: «А точно ли это должно было произойти?».

А что было, если бы он познакомился с немцем и полюбил бы его именно в двадцать первом веке? Как это бы произошло? Конечно, без длительных расставаний на огромном расстоянии, тогдашнего языкового барьера, других ценностей, нерешительности, неприятия своей влюблённости и тому подобного, но всё равно интересен иной ход событий.

Шутливое прозвище, что он повторял раз за разом, толь просто смеясь, а может, по иным причинам. Такое странное, не понятное до конца, но красивое. В уголках губ появилась неуверенная, чуть растерянная улыбка. — Прицеса… Роса, — выдохнул он тихо, по-русски, ломко, с характерным акцентом. Советы хохотнул, повторил, но чётко, мягко, аж до дрожи: — Принцесса Роза. Рейх не стал отводить взгляд. И сам не заметил, как улыбнулся. Мельком, но Союз понял: он потянул за нужную нить.

Советский Союз ищет в развратных глубинах Лос-Анджелиса хоть какой-то смысл существования. Одна надежда на ворону-сороку, укутанную бархатной невинностью от несведущего взгляда. На Рейха. Друг, враг, беженец. Одна судьба только ведает, чем может закончиться эта новая глава их отношений.