Пока все ждут конца света, Майк и Уилл наконец-то решаются на откровенный разговор.

Летом после окончания школы, спустя три года после едва предотвращенного конца света, шестеро подростков отправляются в дорожное приключение через Соединенные Штаты. Или: Уилл Байерс взрослеет.

— С вас двадцать два доллара, девяносто пять центов. И мне нужно, — Уилл споткнулся, пересекшись взглядом с парнем. Он покраснел, но упорно выговорил: — Ваше имя. Для заказа. — Майк, — произнес парень и протянул помятые купюры. или кофешоп!ау по байлерам

Уилл старается. Парней, которые милы, горячи и хороши в постели, в их университете, по-видимому, не существует. Расстроенный, он жалуется Майку, который делает ему предложение, от которого он не может отказаться. К сожалению, у перепихона с лучшим другом всегда есть последствия. Тем временем у Майка появились кое-какие озарения.

— Выглядит, будто я тебя укусил, — Уилл наклоняет голову, чтобы лучше рассмотреть. Все, что может сделать Майк, — это уставиться на него. Его пышные волосы спереди, слипшиеся пряди сзади, куда он запустил пальцы всего несколько минут назад. Красивые зеленые глаза, которые при таком освещении кажутся ореховыми или даже карими. Темные круги под глазами, которые появляются у него, когда он выпьет, обрамляют их, словно замысловатые картины. Довольная, кровавая улыбка.

Он выглядит совсем юно, хотя у них едва ли год разницы, просто время не оставило на нем такой огромный отпечаток: щеки мягкие, кожа чистая, насколько может быть у подростка, здорового цвета, даже румяная. На него невозможно не смотреть, но чем дольше Майк смотрит, тем больше хочет наконец обнять своего Уилла, другого. Он начинает от страха сомневаться в своём решении переместиться сюда.

Тени свечного пламени танцевали на лице паладина, непривычно тонкого, почти изящного без доспехов и кольчуги. Уилл то и дело находил его глазами в суете бала, раз за разом отмечая, что сэр Майкл отказывал в танце всем деревенским девушкам после того, как отвальсировал с Принцессой Эрикой, как требовали того приличия. – Почему вы постоянно смотрите на моего брата, Светероль? – спросила его внимательная Холли после мазурки. – Раздумываю, как бы затащить его помолиться.

Неожиданная, почти случайная поездка в Хоукинс спустя много лет обернется для Уилла тем еще испытанием, и дело не в Изнанке. Майк, который должен быть в Чикаго со своей женой и работой редактора в издательстве, почему-то живёт в их родном городке один, работает учителем, и никто из партии не в курсе, что так сильно изменилось в его жизни за те четыре месяца, что они не виделись. Объясняясь, Майк расскажет не только про измену и развод, но и про свою первую любовь. И это перевернет все.

Майк сходит с ума от фантазий об Уилле в платье, но Уилл не готов наряжаться и предлагает компромисс.

То, что Джонатан додумается на место отказавшейся в последний момент модели позвать Майка, Уилл предвидеть не мог, но то, что Майк, со всем его ворохом комплексов, вечным нытьем о своей нескладности и тощести, согласится позировать перед камерой — просто не укладывается в его картину мира.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

Дух отобрал у вожака годы жизни, чтобы продлить собственную, он сделал его сердце слабым, а кровь густой, словно кленовый сироп. Следующим вожаком должен стать Майк.

Жадный, жадный Уилл до прикосновений Майка. ИЛИ — чуть более откровенный Уилл, чем в каноне. История о том, что было бы, если бы его молчаливая, всепоглощающая тоска однажды прорвалась наружу. Если бы «лучшие друзья» оказались по разные стороны невидимой черты, которую он сам боится переступить. Между страхом всё потерять и жаждой обрести всё — всего один шаг. Сделает ли он его?

Для Майка Уилера настоящей Изнанкой оказалась не параллельная реальность, а его собственное тело. Или, точнее, тихая война, которую он объявил самому себе, где еда стала оружием, а зеркало — порталом в мир саморазрушения. Спасательный круг в этом шторме бросит Уилл Байерс — единственный, кто смог разглядеть человека за стеной боли и прочитать те письма, которые Майк никогда не осмелился бы отправить

События после битвы на военной базе.

Когда фейковые поцелуи превращаются в нечто большее, чем просто игра для двух лучших друзей.

Проблема в том, что Майк не может быть долго в разрыве с Уиллом. Каждый ощущается словно петля на шее, как удавка, которую Уилл, отдаляясь, затягивает все крепче.

Имена на листе распределения по комнатам оказываются яснее ясного: "Уилер, Майкл" и "Байерс, Уильям". Комната 314. Майк глубоко вздыхает, поднимает руку, чтобы постучать, и задумывается, что обычно говорят лучшему другу в этом случае, если вы толком не общались последние восемь месяцев? Или история, в которой Майк и Уилл живут в одной комнате общежития, и снова учатся находиться в жизни друг друга.

Все понимают, что Майк и Уилл предназначены быть вместе. Это законы Вселенной: вода мокрая, солнце яркое, Майк и Уилл — одно целое. История, в которой все знают, что Майк и Уилл вместе, кроме, конечно же, Майка. Но до него тоже доходит, в конце концов, он же не идиот.

Хоппер думал, что после расставания Джейн и Майка он наконец-то избавится от этого надоедливого мелкого засранца. Он жестоко ошибается. Или: История глазами Джима Хоппера, в которой Майк хоть и не встречается с одним его ребенком, он определённо встречается с другим. Да вы что, издеваетесь?