Безнадежно. Вы никогда не будете вместе. Я навеки застряла посередине. Теперь это – моя жизнь. Сплошная попытка заставить двух геев признаться друг другу.

Мегуми понимает, насколько же всё плачевно, когда донельзя довольный собой Итадори врывается в его комнату с предложением пройти «36 вопросов, чтобы влюбиться» и максимально нагло устраивает ноутбук на чужой кровати.

- Ты это спланировал?.. - Нет, но вышло очень даже хорошо, - хихикнул Юджи, устраивая голову на чужой груди. Мегуми вспомнил о том, что, вообще-то, собирался его придушить.

Весь Верхний Ист-Сайд стоит на ушах: наследник семейства Годжо, Мегуми, вернулся с "учёбы по обмену" в Японии после целого года полной тишины в эфире. За каждым его шагом пристально следит "Сплетница": через её посты вся Констанс Биллард — и не только! — наблюдает, вернётся ли Мегуми к прежней жизни в компании старых друзей или рискнёт встать на праведный путь и попробовать что-то новое с белой вороной — бедным стипендиатом Юджи из захудалого Бронкса. Наблюдает и делает ставки.

Итадори Юдзи принимает предложение брата поработать официантом в ночном клубе, что становится переломным моментом в его жизни. Соглашаясь, он и подумать не мог, какая история может стоять за каждым из коллег, и как сильно его появление отразится на них.

– Когда твой истинный бьёт тату, у тебя появляется точно такая же. – Урауме, глядя в зеркало, старательно поправлял контур губ карандашом. – И с этим ничего нельзя сделать?! – Джунпей, кажется, осознал суть выражения "без слез не взглянешь". – Найти и прикоснуться. – Ответил парень. – Тогда должны исчезнуть. По идее. – А сейчас? – Сейчас тональник твой лучший друг.

Адреналин? Адреналин. Такой же, скорее всего, ощущал Итадори пару минут назад. Адреналин… это что, заразно?

Юджи замечает всё постепенно.

За всё время в Токио это — первый раз, когда они добираются до парка аттракционов.

По ладоням белым — снег.

— Никогда не видела, чтобы Мегуми так часто трогал кого-нибудь, — замечает Маки-семпай.

Кугисаки во всём права. / О том, как двумя предложениями перевернуть восприятие другого человека.

Мегуми никогда не был влюблен. Сколько бы другие дети из средней школы ни бредили этим, казалось, что это не более чем глупое избирательное безумие, которое делает тебя одержимым кем-то. Ты становишься слабым, мягким, разум плавится, ты не видишь его недостатков и отчаянно жаждешь его внимания. Мегуми не нуждался в этом. Все еще не нуждается, вообще-то, но его сердце отстойно расставляет приоритеты.

Он пялится в свой кофе с упорством безумца и, вспоминая обжигающее тепло чужих пальцев, молится, чтобы все это оказалось лишь очередным проклятием, а не тем, что он думает. Проклятия изгонять он умеет, чувства же – не особо. Да и какого рода эти чувства?

Возможно Король Проклятий и вырвал сердце Итадори, но почему-то именно у Фушигуро в груди пустота, сменяющаяся ноющей болью. А потом Юдзи появляется перед ним в целости и сохранности. Уместнее всего бросить Итадори в стену и ударить кулаком в лицо. Так почему же Фушигуро хочет прижать его к себе и целовать?

Мегуми получает водительские права и Итадори действительно рад за него, но потом его берут покататься и Юджи уже не уверен в том, не сходит ли он с ума. Или Мегуми учится водить, а Юджи просто хочет его оседлать.