— Тебя гложет мысль, что тебе могут нравиться парни? — уточняет Минхо. — Меня гложет, что мне можешь нравиться ты. au, где Джисон имеет привычку ходить голым по своей комнате, а Минхо не имеет привычки стучаться, прежде чем войти.

Они работают в контакт-центре, в офисе, с кофемашиной и, ну, всем прилагаемым. И Джисон не знает, как позвонить на его горячую линию.

Когда Минхо привязывается к запаху альфы, чью одежду покупает на анонимном сайте аромамаркета, он явно не ожидает, что вскоре окажется с ним в одном классе по психологии.

— Господи, ты опять здесь. Джисон — в его, Минхо, футболке, жрёт попкорн – из огромной тарелки и сидит на месте Минхо на диване. Джисон прекрасно знает, что он, ну, бесит.

Амортенция должна быть жидкой и немного мерцать перламутром. А ещё — пахнуть тем, что человеку нравится. У Джисона с первыми двумя пунктами всё идеально. Но вот запах… почему-то слишком настойчиво напоминает Ли Минхо. Неужели ошибка в рецепте?

Это было пиздец как смело — выкрасть из-под носа сорока татуированных бугаев главу мафиозного альянса прямо у них на глазах.

Но вдруг машина остановилась на светофоре, заставив тем самым Минхо отклониться назад. Между ними раздался громкий чмок, обличающий их, как двух преступников в момент злодеяния. Минхо загнанным взглядом принялся скакать по лицам — удивленному Хенджиновому и ошалевшему Пита. Джисон тихо хихикал, растягивая сладкие губы, на которых остывала слюна Минхо. — Высаживай их нахуй! — заверещал вдруг лысый. — Они пидорасятся у меня под боком!

Минхо работает в соломенном баре на Гавайских островах и на дух не переносит самодовольного серфера Джисона, чей петух постоянно клюет посетителям ноги. Все меняется после того, как бармен заменяет свою сестру на фестивале и вместо нее исполняет традиционный танец «Хула».

Никто и не предполагал, что домработнице настолько надоели их стычки, что она решила обманом запереть парней в комнате Минхо, а сама побежала отрываться на вечеринке. — Блять, ещё раз пнëшь дверь и выбьешь её, прекрати. — У тебя же денег жопой жуй, новую поставишь. Джисон снова толкает дверь, но та, как и ожидалось, не поддается. Он только пришёл в этот особняк, а уже кого-нибудь убить готов.

Минхо, преследуемый стаей, оказывается возле хижины, которую никак не может объяснить. Ничего не подозревая, он натыкается на любовь всей своей жизни и семью своей мечты.

Минхо неловкий. Он создаёт много шума и привлекает внимание, постоянно вляпываясь в разного рода курьёзы. Он старается быть осторожнее, потому что чувствует себя до отвратительного плохо, когда кто-то смеётся над ним из-за его нескладности. Только осторожность ему не помогает, а Джисон единственный, кто не смеётся.

Джисон всегда был тем, кто не стеснялся в выражениях. Он смеялся, когда другие краснели, и наслаждался их реакцией. Но всё изменилось, когда в их компании появился Минхо. Тихий, сдержанный, с тёмными глазами, которые казались бездонными. Он не смеялся над похабными шутками, не участвовал в разговорах о сексе, а если Джисон пытался его втянуть, просто отводил взгляд. И впервые в жизни Джисон застеснялся.

Отказавшись от своего положения ради любви и свободы, Джисон был уверен, что все сложности позади. Однако жизнь в Последнем городе стала стремительно меняться не в лучшую сторону, а Минхо не мог не чувствовать вину за то, что втянул Хана в это. Он решил во что бы то ни стало исправить ситуацию, но едва ли всё пошло по плану.

Минхо возвращается с учебы в Штатах и узнаёт, что отец собирается повторно вступить в брак по условию завещания своего партнера по бизнесу. Ожидая в качестве отчима увидеть кого-то взрослого, умудренного опытом, встречает омегу чуть старше его самого. И влюбляется с первого же взгляда. Потому что невозможно иначе. Джисони такой красивый и неземной. И Минхо просто тонет в чувствах к этому парню, не замечая драмы. И однажды, придя домой, оказывается арестован... по подозрению в убийстве отца.

Ли Минхо верил в субординацию. Хан Джисон — в профессиональные границы. Хван Хёнджин верил, что если эти двое еще один месяц будут ловить взгляды через стеклянную стену офиса, он сядет за двойное убийство. К счастью, его адвокатом стал декабрь, корпоратив и подарок от тайного Санты.

— Я ведь даже предлагал тебе со мной течку провести. Знаешь, как стыдно было получить отказ?! — Течку с тобой провести?! — истерично усмехнулся Джисон. — Это когда ты сказал: «Кто не спит в моей кровати, тот лох»? — И ты выбрал быть лохом, — надменно напомнил ему Минхо.

– Но что это? Ли Минхо оказался в ловушке! Капитан «Чикаго Вулвз» прижал его к борту. – Что ты делаешь? – крикнул Ли. – Отдай шайбу! – Попроси меня, – словно приказ шепнул Питер, прижимаясь к Минхо сзади. – Не дождешься, – прошипел Ли. – Какая ожесточенная битва! Они оба будто с цепи сорвались! – продолжал комментатор. – Кто же завладеет в итоге шайбой? Прагматичные и расчетливые «Сеул-хала» или резкие и непредсказуемые «Чикаго Вулвз»? – Знаешь, а мне нравится. Быть сзади тебя.

Омежки красиво стонут и пищат своё — защити меня, альфа~. Джисон следует стереотипам, желая себя прокормить. // AU где у Джисона, сладкой земляничной омежки, всё пошло не по плану.

История о любимой занозе, поселившейся навсегда в сердце Минхо. О Джисоне, которой готов подарить им еще одну такую же. Об их пути бок о бок – со странными покупками, шумными друзьями, препирательствами и любовью. Да, так они живут.

Минхо устал. Он устал, а ещё не чувствовал себя в безопасности с того дня, как обнаружил Соджуна с любовником в собственной постели. На работе, дома, в любимом парке с убогим фонтаном — он всегда прислушивается к шагам позади, готовясь к удару и видя опасность в каждом шорохе. Его нервы ободраны до нитки. Он сходит с ума — и сам это осознаёт, но легче не становится. Он уже не понимает, что реально, а что нет. Прямо сейчас сделка с демоном кажется ему не самым плохим вариантом.