Война не выбирает, готов ты к ней или нет. Она просто приходит и забирает твою прежнюю жизнь, как ненужный хлам. Оскар научился не думать. Думать было опасно. Мысли разъедали изнутри, как ржавчина. А потом появился Он, присланный с какой-то абсурдной миссией — рисовать их будни.

Теперь, они всегда будут вместе.

Макс требует развода после пяти лет брака. Вскрывается годовая измена с его лучшими друзьями. Но вместо скандала Джордж предлагает сделку: тридцать дней абсолютного подчинения — в обмен на подпись. Это месть, урок или последний подарок умирающего человека?

Оливер Берман — двадцатилетний гонщик «Феррари», который безнадёжно влюблён в своего загадочного лучшего друга и соперника по трассе, KA12, скрывающего лицо под шлемом. А потом он встречает Андреа — милого стажёра «Мерседеса», который заставляет его сердце биться чаще. Оливер разрывается между двумя чувствами, не подозревая, что его самая большая любовь и самая горькая потеря — один и тот же человек.

Илья не стал спорить или умолять. Годы жизни спортсмена научили стойко переносить любые потрясения. Он просто кивнул — коротко, как будто отрезал нить, связывавшую их. Вышел. Закрыл дверь. И впервые за 842 дня остался один.

Макс и Дэниел расстаются после ухода старшего из автоспорта, ведь Риккардо сам по себе человек свободы. Ферстаппен принимает желание своего парня расстаться, хоть и тяжело, но он понимает австралийца. Только вот беда, младший узнает, что он ждет ребенка после их последней «прощальной» ночи. Что делать если через 18 лет Макс, их с Дэном сын Арвид и сам Риккардо встречаются на ивенте мотористов Форд. Как Максу рассказать бывшему, что Дэниел прав в том, что это их сын?

Оскар не смог смириться. (стеклище стеклищем, мне жаль тех, кто решил прочитать это.)

Единственное, что могло бы его спасти — чудо, акт Божественного вмешательства. Но его Бог слишком занят, мчась к финишной черте. Это история о том, как красная нить судьбы, привязанная к пальцу, медленно сползает к горлу, сплетаясь в прочную верёвку. О том, как мальчик, верящий в предопределение, становится его идеальной жертвой и самым ревностным жрецом. О том, как любовь превращается в поклонение, а тело — в алтарь.

Оскар узнает, что его дисквалифицировали — через Instagram. Он знал, что их дело рассматривают стюарды, и знал, что всё выглядит плохо для них обоих; его живот всё равно сводит, когда он листает рилсы, и какой-то блогер орет его имя в микрофон подкаста: «Оскара дисквалифицировали. О господи, Оскара дисквалифицировали! Или: Последствия Гран-При Лас-Вегаса.

Несмотря на тяжёлую утрату Оскара, Ландо решает сыграть свадьбу. Чтобы всё выглядело правильно. Чтобы мама была счастлива. Чтобы притвориться, что можно жить дальше. Можно ли?

Шарлю 12, но ему все ещё частенько снятся кошмары, обычно он справляется с ним сам, но сегодня к ним в гости пришёл Жюль, который нашёл мальчишку в этом состоянии.

— Ты чего? — Это брат моей несостоявшейся жены! Мне конец. Или ау, где отец Ландо насильно заставляет сына жениться на Хэтти Пиастри, но он сбегает на круизный лайнер волонтером, где вынужден прятаться от действующего капитана судна — Оскара Пиастри. Того, кто может уничтожить надежды Ландо одним щелчком пальцев, отправив на сушу.

Их союзом восхищались. Каждый год, ведя борьбу, они доказывали друг другу свою любовь. В 2026 году Джордж и Шарль доминировали и к последней гонке пришли с одинаковым количеством очков. Она должна была решить, кто станет чемпионом, но за победу нужно было заплатить.

Для Шарля Леклера это должен был быть самый счастливый день. Прекрасная невеста, старинное поместье в глуши лесов и официальное знакомство с легендарной семьей Ферстаппен. Виктория обещала ему уютный ужин и благословение отца, но за тяжелыми дубовыми дверями замка Шарля ждал не теплый прием, а древний кошмар.

— Ландо, я не приму участие в гонке. — Брови действующего чемпиона ползут вверх. Где такое видано, чтобы пилот по своей воле отказывался от участия в гонке. — Это ещё почему? С тобой всё в порядке? — Глаза Оскара смотрят пронзительно, он молчит, и это пугает ещё сильнее. Ландо хочет подойти, взять за руку, но тот отшатывается, не позволяя коснуться себя.

Джордж научил Макса всему: как складывать рубашки, как подбирать галстук, как встречать рассвет вместе. Но он не успел научить его самому главному — как жить, когда тебя больше нет. И как одеться на твои похороны

Всю жизнь Ландо знал только одно: смотреть можно, трогать нельзя. Дорогая, красивая вещь за бронированным стеклом. Но один зрительный контакт с незнакомцем из темноты запускает необратимый отсчет, заставляя жестоко расплачиваться за чужое внимание. Когда бронированная витрина исчезнет, правда ударит наотмашь: есть ли у изломанных экспонатов право на свободу, или их удел — навсегда оставаться чужой собственностью?

Десять лет назад одна ночь чуть не стала последней. Сегодня же тёплый свет кухни, торт и шампанское. И память о том, кто всё таки не ушёл.

«Привет, это Макс. Если вы звоните во вторник, то я, скорее всего, гуляю с Дэниелем, а если в любой другой вечер, то я, скорее всего, играю и не слышу вас. Если вы хотите взять у меня интервью, не утруждайтесь, просто позвоните моему менеджеру. Если это кто-то другой, ждите сигнала, и вы знаете, что делать. А если это Россия… Я всё ещё люблю тебя.»

Шарль Леклер… Шарль Леклер, с микрофоном в руке, готовился брать интервью у первой тройки. Шарль, который исчез после Монреаля не просто из чемпионата, а из жизни Макса на девять долгих месяцев. Шарль, призрак из самой страшной гонки в его карьере, теперь стоял в нескольких десятках метров от него — живой, улыбающийся, но навсегда изменившийся.