Кодекс чести гласит: чужое не трогать, но свое забирать. Хёнджин усвоил это, потому что Феликс вцепился крепкими зубами в кожу навсегда. Тогда Скорпион и понял, что Варан просто так не отстанет.

«В тихом омуте черти водятся», — достаточно рабочая фраза. В её правдивости убеждается именно Хенджин, когда приходит в дом скромного, тихого, культурного и словно королевского мальчика-отличника Феликса, что согласился помочь ему с учёбой. — У тебя тут члены в коробке… — Здорово. За внимательность ставлю тебе пятёрку. А теперь закрывай крышку и садись за стол.

Хенджин в школе все чаще с девчонками закрывался в туалете, умоляя Феликса постоять на шухере. И Феликс ведь стоял, впитывая каждый стон, каждый шёпот и шлепок кожи об кожу. Он убеждал себя, что так даже лучше, так боль заглушает все остальные чувства и притупляет его ненормальную любовь. Феликс осознавал, что умирает изнутри, но отказаться от всего этого просто не мог.

Феликса душевно не волновало ничего в его новоприобретенной зомбяцкой жизни - он ел чипсы килограммами, пулялся в трупаков яйцами с пятого этажа какого-то дома и строил башню-оригами из месячной зарплаты офисного работника. Его ничто не беспокоило, а что беспокоило топилось в отныне безлимитном пиве. Пока какая-то толпа вонючих небритых мужиков не сгребла его в пакет и не приволокла на окраину города, не захватив даже початую полтарашку колы. Связали еще, садомазохисты доморощенные!

Однажды Демон Похоти, не выходивший из адских недр столетия, спорит со своим коллегой о том, что ему под силу и сейчас, после длительного отсутствия, соблазнить любого смертного. На его беду, выбор падает на студента. На студента архитектурного, у которого домашки больше, чем грязи на улице, вековой недосып и нулевое желание укладываться в постель с незнакомцем. У Хенджина не было и шанса. Может быть.

Феликс возвращается в школу после недавно пережитого им публичного унижения. И самым страшным кошмаром кажется снова терпеть насмешки одноклассников. Но внезапное жестокое убийство переворачивает все с ног на голову, и жизнь, кажется, больше никогда не будет прежней. Настоящий кошмар еще впереди...

— Ликси, дорогой, — нездоровый взгляд смотрел прямо в душу, — ты же не бросишь меня, верно? — Хен прижал младшего к себе, сильно сжимая запястье, где через неделю обнаружат перелом. — Ты ведь любишь меня. Мы вечно будем вместе. — Конечно, да.. — голос дрогнул, выдавая сильный страх, но все же веснушчатый блондин прижался к возлюбленному, дожидаясь, когда он услышит хруст ребер. И он услышал.

Художник ни с кем не говорил и почти ни на кого не реагировал. И из всех вопросов, которые ему задавали, отвечал только на тот, который касался его имени. Он говорил, что его зовут Джин, и его брови на мгновение заламывались, но после лицо разглаживалось, и он вновь возвращался к своим картинам. Впервые Феликс увидел Джина полгода назад, и тогда он ещё не знал ни его имени, ни того, чем обернётся для него эта встреча.

Scream my name, get on your knees

Хван Хёнджин. Пустышка в красивой обёртке. Появляется в универе по настроению и всегда собирает вокруг себя толпу воздыхателей. Вот только скрывает за этим кое-что интересное Феликсу. Неуверенность. Слабость. Это читается в его фальшивой улыбке, в еле уловимых реакциях на чужие замечания, в его движениях и походке. Чертовски красивый и такой уязвимый — идеальная игрушка. А Феликс любит играть. От скуки.

Познакомились они в анонимном чате, где Хёнджин вообще-то хотел просто пошутить, потроллить парочку озабоченных типов и уйти спать. Но повезло. Вместо этого он нарвался на Феликса — парня, который с первых же сообщений умудрился заставить его скулить.

- Хенджин, - выдыхает Феликс. - Заставь меня забыть обо всем. - Я сделаю все, чтобы тебе больше не было больно, Ликси. «Ты - единственное, что приносит мне боль»

У Феликса новогоднее настроение ассоциировалось с колоссальными завалами на работе, хронической усталостью, недосыпами и банальным раздражением от вида ярких плакатов с надписью «С Новым Годом!». Хотелось банального выспаться. И чтобы никто не трогал. Но у Хёнджина на Феликса были свои планы.

Их называли королями элитного общества — Ли Феликс и Хван Хёнджин. Соперничество за титул главного альфы стало неотъемлемой частью их взаимоотношений. Но когда амбиции столкнулись с желанием, а ненависть — с неконтролируемым влечением, игра изменила правила. Теперь на кону стоит не победа, а право обладать тем, кого поклялся уничтожить.

Если бы Феликса попросили проиллюстрировать нежность и секс, он бы без раздумий показал то, что сейчас на его экране. Завораживающе… Незнакомец двигается слишком завораживающе. Кажется, весь мир перестаёт для него существовать — нет ни камеры, ни зрителя. Есть только сам Принц, музыка и момент, который его всецело поглощает.

Ли Феликс - трудолюбивый и талантливый студент архитектурного факультета. Хван Хёнджин – пример для подражания многих студентов их университета. Молодой, по меркам профессии, архитектор – всего тридцать четыре года – уже имеет десятилетний опыт работы и совсем недавно основал своё бюро «SamHwang». Работа с таким выдающимся преподавателем сулит большие успехи в учёбе, но, кажется, не для Феликса. С первого же занятия, преподаватель не разделяет восторгов способностями своего студента.

Нового учителя английского хочет заполучить себе добрая половина школы. Ли Феликс тонко намекает каждому, что не заинтересован в отношениях с учениками, но у любого правила есть исключения, и в этот раз Хёнджин намерен им стать. Если цель кажется недостижимой, то нужно изменить не цель, а план своих действий, и у него есть одна идея.

Феликс живёт скучной жизнью, в которой нет ничего, кроме пустоты, маленького ночного кафе и бойфренда, который всегда где-то далеко. Но однажды, в его кафе начинает приходить незнакомец. Он всегда появляется в одно и то же время. Не показывает лица. Не говорит ни слова. Заказывает один и тот же кофе, но никогда к нему не притрагивается. Феликс пытается с ним заговорить, но даже не представляет какие ужасные и прекрасные тайны скрывает этот молчаливый гость...

Брак был заключен. Тихо. Торжественно. Холодно. Как смертный приговор, записанный каллиграфическим почерком на пергаменте, без ошибок, без вариантов. И ни один из них не смотрел друг на друга.

Уйти по-французски — значит тихо исчезнуть: сдержанно, элегантно, без слов. Феликс любил так делать. Но в этот раз уйти не получилось. Кто же знал, что его ночная интрижка окажется главным дизайнером новой коллекции, да еще и на десять лет старше?