Куникудзуши нравятся сломанные вещи.

Барбара — тепло свеч, аромат ладана, первый луч зари в цветных витражах. Самая святая из всех, самая первая на утренней службе. Венти хотел бы выкрасть её сердце у Бога.

сяо курит иногда и никогда не стирает след блеска с щёк.

её здесь быть не должно

скара живёт с синдромом отличника.

чжун ли не может оставить её, хотя никто его не просил.

Какое-то время, терявшая сознание девушка, теперь шла на каблуках уверенно, не боясь встретить по дороге, где-то на дереве, несколько оникабуто и всё благодаря ему. Итто «Укротителю фобий» Аратаки.

Лиха не ведала, глаз от беды не прятала Быть тебе, девица, нашей – сама виноватая! Над поляною хмарь Там змеиный ждет царь За него ты просватана.

Куникудзуси — тот человек, который, уловив запах цветов, оглядывался в поисках гроба. Но таким он был не один: его окружали наглые бесстыдники, эрудированные пошляки и Мона — самое главное исключение в его твердолобых принципах.

Мона - уважаемый в кругах астролог, который разбирается в великих материях, что непостижимы простому люду. Однако, коммуналку, к сожалению, нужно платить - и ей приходится согласиться на сеанс с крайне неприятной личностью, что каждодневно задалбывает её запросами на чтение судьбы.

Скарамуш спит на удивление крепко — Мона может обвести пальцами линию челюсти, чиркнуть ногтем неосторожно по острой скуле, но он только веки сомкнет сильнее и, выворачивая запястья, застонет так, что сжимается сердце. Он только учится спать спокойно.

Сказителя донельзя раздражает, когда в его планы вносит коррективы кто-либо, кроме него. И он не станет упускать возможность отомстить в приятной для себя манере за такое вмешательство в свой распорядок.

Да никак. Шестой Предвестник, грозный Скарамучча, Сказитель, прославившийся своим скверным характером. Сейчас сидит в "Народном выборе" и кормит своего, фактически, врага. Ну, не бред ли?

В Ли Юэ вновь происходит Праздник Морских Фонарей, чего астролог не хочет упускать каждый раз, поэтому направляется туда. Снова подходит к продавцу, специально накопив денег на еду, но каково было удивление, встретив рядом с собой парня с большой шляпой на этом празднике, просящий ту же еду, что и она.

маска скарамуша - черно-красная - пульсирует в руках моны.

О спокойной и размеренной жизни в Хогвартсе можно было забыть, когда Мона и её друзья узнали, какую страшную ошибку совершили их родители в молодости. Череда роковых случайностей унесла несколько невинных жизней, посеяла смуту между бывшими товарищами и оставила глубокие шрамы, которые спустя шестнадцать лет кошмарным образом напомнили о себе. Помогут ли Ведьмочке её зелья спасти друзей от страшной смерти, помирить врагов и узнать наконец о личности собственной матери?

Я побегу, я сотру ноги в кровь, я останусь без        большого пальца, я буду реветь, весь мир услышит мои истерики, но дело рук утопающих.     Я пробегу, проплыву, проползу, чтобы просто сказать:                       «Доброе утро, родная»

Путешественница никогда бы себе не призналась и другим бы точно не рассказала, но она ожидала увидеть рыжую растрёпанную макушку, голубые глаза, чистые, как озёра в Ли Юэ, услышать бархатный голос, приправленный идиотскими и острыми шуточками. Люмин просто ждала того, с кем у неё обещанный реванш. А Чайлд Тарталья никогда не разбрасывается пустыми обещаниями.

Кэйа увидел замешательство девушки и мысленно отчитал себя за то, что заставил её смутиться. С другой стороны, мужчина редко звал кого-то, кто ему интересен, в свою комнату, и это тоже отчасти смущало, капитан не знал, как подступиться. В итоге робко произнёс: — Хочешь зайти ко мне ненадолго? Вечерок скоротать. Румянец вспыхнул на щеках Ноэлль с новой силой, она расценила это не так безобидно, как пытался донести сам Кэйа, отчего покраснел и он сам.

Ну, а с ветром кто будет спорить, Решится ветру перечить? Вышивай жасмин и левкои, С женихом ожидая встречи.