Поттер валится в наш огород мешком прямо с неба. Грубо, несуразно, нелепо вывернув руки и ноги. Обожженная заклинанием метла лежит рядом с ним. Я, как и все, когда-то мечтал о свалившемся с неба счастье, но точно не о таком.

Гарри всегда ощущал себя обычной бетой и завидовал другим гендерам. Пока новый, восхитительно сладкий запах не разбудил в нём омегу.

- О, смотрите наш герой-омега, нашел себе дружка, - глаза Драко сверкали злобой, а Гарри просто прикрыл свои, медленно считая до десяти. - Когда свадьба, Макмиллан? – Под дружный гогот продолжил Нотт. - Как выпустимся, так сразу, - спокойно ответил Эрни.

- Ты, - Поттер не замечает, что задержал дыхание. – Я отказываюсь брать тебя в свой отдел! - У него испытательный срок два месяца, если вы не сработаетесь, то мы переведем его в другое подразделение

На дополнительном курсе Гарри охватывает желание завести дружбу с Малфоем, надеясь, что тот забыл все старые обиды и отвергнутую руку. К радости или к сожалению, их селят в общую комнату. Драко в ужасе.

Они заперты в Малфой-мэноре — ни выхода, ни гарантий, что им удастся выбраться живыми. Когда Гарри получает от Драко Малфоя приглашение на встречу выпускников, которая состоится в Малфой-мэноре, он не знает, что и думать. Вопреки здравому смыслу он соглашается, но обнаруживает, что вечеринка может стоить его одноклассникам гораздо больше, чем они думали. Но неужели может быть ещё хуже?

В конце концов Гарри слабо кивает и подаётся вперёд. Его ресницы чуть подрагивают, а на своих губах Драко с лёгким удивлением ощущает неожиданное тепло. Мягкое и нежное, практически невесомое, оно разлетается по телу приятными сладкими импульсами. Их первый поцелуй.

Есть такая поговорка у магглов: «Желание — тысяча способов, нежелание — тысяча причин». **AU**, в котором Гарри в одиночку воспитывает свою дочь.

Летом перед своим пятым курсом в Хогвартсе Гарри находит незнакомую комнату в доме на площади Гриммо. Комната оказывается библиотекой и Гарри внезапно обнаруживает в себе неуёмную тягу к знаниям. Но плохие новости не заставляют себя долго ждать — он оказывается случайно исключён из Хогвартса из-за чего ему заново нужно пройти Церемонию Распределения. Все вокруг уверены, что он, конечно же, снова попадёт в Гриффиндор. Все, кроме самого Гарри.

Когда обрываются привычные каналы связи, самым неожиданным людям удается найти иные способы общения. Странная история любви.

Для Драко Малфоя всегда идёт дождь. В переносном смысле. И в прямом тоже – с тех пор, как он случайно наколдовал тучу, которая постоянно не в духе.

Если спросить Гарри, то он не сможет толком объяснить, как так получилось, что после долгих лет вражды их отношения с Малфоем вдруг резко изменились. Хотя, если так подумать, удивительного в этом ничего и нет.

Любить Драко неправильно. Никому это не нужно. Любовь — обязательства, которых Гарри не может требовать. Малфой не согласится. И неважно, кто был Пожирателем, а кто — героем. Здесь, в Дурмстранге, это больше не имеет значения. Мэйстер Поттер и Мэйстер Малфой. Два человека, сбежавшие на далекий север и отказавшиеся от своего прошлого. Ох, если бы это хоть немного облегчило их судьбу.

Драко почувствовал, как внутри все похолодело, а сердце заколотилось где-то в желудке. Ему ни за что нельзя было отдавать фамильное кольцо. ...Это чертово кольцо было единственным, что спасало его от родового проклятья. И если он его снимет, то проклятье немедленно вступит в силу и уже ничего ему не поможет, и ждать его будет одно - медленная и мучительная смерть.

Когда Фред и Джордж разрабатываю новый вид Амортенции, Гарри меньше всего ожидает увидеть его свет вокруг ненавистного слизеринца.

Рон, несмотря на некоторые неприятные моменты, считал себя хорошим, понимающим другом. Он готов был поддержать друга в любой ситуации, подставить свое плечо, помочь словом или делом... Короче, да, Рональд Уизли был хорошим другом. И поэтому, когда Гарри начал встречаться с Малфоем, любви в котором, казалось, было преступно мало, Рон, хороший друг, напоминаем, решил, что Гарри все же нужно спасать. Желательно, срочно.

Гарри поморщился, сердито выдохнул, но промолчал. Рон был прав, что волновался, но совершенно не прав, что пошел стучать Кингсли. Теперь он, Гарри Поттер, отстранен от службы до тех пор, пока не сделает что-нибудь с непрекращающейся болью в спине. И единственным способом сделать с ней что-то было обратиться в госпиталь Св. Мунго, куда Гарри еще в академии поклялся себе не возвращаться.

Гарри не стоило прятать загадочную надпись на своем теле от товарищей, которые и так не видят дальше собственного носа.

Драко вечно говорит Гарри что-то по-французски, и Поттера поначалу это почти не волнует. Пока тот не произносит нечто совсем удивительное.

- Не смей, слышишь?! Не смей меня жалеть! - выдохнул он. Понимание того, что теперь Драко будет относиться к нему как к ущербному, снова вызвало шквал ярости. Он заново впечатал Драко в стену так, что тот прилично ударился затылком, и заорал прямо ему в лицо, - Я нормальный! Я тебе запрещаю! Не смей! Слышишь, Малфой?! Не смей меня жалеть! Только не ты!.. Обложка https://i.postimg.cc/PrjSthjs/image.jpg