Вина душит Кевина невозможно, заставляя задыхаться не только по ночам от таких снов, что, вроде, и кошмарами не являются, – наоборот чем-то слишком хорошим, – но и когда Дэй видит хоть единое упоминание Троянцев, а именно одного из них. Жан Моро сводит Кевина с ума, даже не подозревая об этом, а Дэй считает, что ему и необязательно об этом знать. Не сейчас точно.

Жан искренне надеется на то, что после отъезда в Калифорнию больше никогда не увидит Кевина. Но тот был слишком заботливым чтобы не купить ему новой одежды и устроить примерку, заставив Жана страдать от стыда за несвоевременную эрекцию.

Джереми все никак не мог понять, что на самом деле связывает Жана и Кевина, пока один случай не открыл ему глаза и не поставил в очень неловкое положение.. или же модельное ау, в которой Кевин - дизайнер и главное лицо собственного бренда, созданного еще его матерью, Жан - его второе лицо и главная модель, а Джереми - фотограф, работы которого наконец-то напечатали в одном из самых модных Нью-Йоркских журналах и как откажется после - на него запали два горячих брюнета!

Кевин устал. Он больше не может жить, предаваясь воспоминаниям. Призраки прошлого преследуют его, или это он догоняет их?

Дэвид Ваймак стал для лисов отцом, и каждый из них чувствовал, что должен поздравить его с днём рождения! Все нашли нужные слова, даже холодный Эндрю кое-как, но поздравил, ведь в глубине души дорошил тренером. Дэвид получил поздравление от всех, кроме своего сына. Но похоже ему это было и не нужно. "Почему именно он мой сын?!" - эти слова, сказанные с явной ненавистью сломали последнюю надежду Кевина Дея.

Джереми пожалел, что так беспечно бросил предложение о фотосессии в стиле шибари буквально во время их первой с Кевином встречи, — но вот с того дня прошел почти год, они уже давно были вместе, и Кевин напомнил о предложении сам. Джереми согласился — и правильно сделал. Он любил Кевина любым, потому что тот никогда не пытался строить из себя кого-то, — но теперь было уже глупо и бессмысленно доказывать себе, что Кевин Дэй без одежды и в веревках — самое сексуальное, что он когда-либо видел.

Всё-таки Кевин был влюблен в Джереми Нокса. Что ж, ладно. Какая-то его часть надеялась, что он ошибается, что всё это — розыгрыш. Потому что, чем больше Кевин думал об этом, тем отчетливее осознавал, что операция была его единственным шансом остаться в живых. Людям вроде него не доставались такие парни как Джереми Нокс.

Кевин состоит в отношениях с Жаном, и они вместе работают волонтерами в благотворительном фонде: это интересно и позволяет увидеть разные стороны жизни, это сближает Кевина с Жаном, это помогает отвлечься от рутины. Кевин думает, что визит в отделение детской онкологии ничем не будет отличаться от других мест, которые они уже успели посетить, — но они проводят время с детьми, которые находятся на грани жизни и смерти, и Кевин понимает, что он очень, очень глубоко ошибался.

Дэй думал, что сможет излечить Эндрю, и, кажется, видел попытки проявления Эндрю эмоций, его маленькие шажки в принятию чувств, но... Но он так сильно ошибался... Он надоел ему. Его отвергли, и теперь ему предстоит проживать эту жизнь в одиночку: без Эндрю рядом, без недавно появившегося отца, без никого вообще.

Кевин не знает, зачем друзья позвали его выпить вместе, если весь их разговор состоит из оскорблений в его сторону. Нилу не нравится, что он высокий и сильный, а Эндрю подтверждает, что Нил его вообще терпеть не может. Возможно, Кевин неправильно их понял.

Сколько бы в мире ни существовало вселенных — параллельных, что ветвями прорастают одна из другой, что закручивают все имеющиеся у человечества понятия о жизни в узел и стирают в порошок, — сколько бы их ни было, сотня, тысяча, миллион, но… в каждой из существующих вселенных Жан теряет Кевина.

Кевину нравится, как звучит «мистер Дэй», нахально слетающее с губ Нила, нравится, как он поправляет растрепанные рыжие кудри, нравится, как его голубые льдистые глаза внимательно скользят по строчкам или следят за движениями рук учителя… Но ему совсем не нравится это воздушное ощущение в груди, которое у него вызывает его ученик. И больше всего Кевина беспокоят шрамы на теле Нила, которые тот случайно выдает, закатав рукав вечно огромной толстовки.

Эндрю не двигался, мышцы напряглись, превратившись в камень; он был зол, зол на Рико, на Дрейка, на себя... Он не проконтролировал процесс, когда его ладонь гладила Кевина по голове, а его толстовка впитала несколько соленых капель.

– Кто ты такой и как ты смеешь оскорблять алтарь храма Солнца и Луны? – в гневе прошипел Дэй. – Совсем не боишься гнева богов? Нарушитель спокойствия лишь поднимает на него взгляд и встает в полный рост, опираясь на статую Аполлона. Кевин смотрит неотрывно за движениями, пока сзади подходит возлюбленный и видит причину ступора. Юноша – практически полная копия статуи бога Солнца. – Так вот о каких преданных верующих он говорил, – задумчиво произносит копия.

На вечеринке у Джереми по случаю Рождества Кевин думает, что вряд ли его что-то сможет удивить. Правда так думает. До того момента, как Жан подходит к нему со спины, по пути нежно касаясь пальцами обнаженного плеча, и встаёт напротив, бедром опираясь на стол. Кевин задыхается. Кудри Жана растрепаны, а на голове — ободок с чёрными кошачьими ушами. Глаза тоже подведены черным, брови изогнуты в насмешке, а смотрит Жан так, словно готов прижать Кевина к стене прямо здесь и сейчас.

— Я хочу. Попробовать, — упрямо отвечает Жан. — Ты не виноват, Кевин, — он вдруг берет ладони Кевина в свои и целует его длинные пальцы. — Ты мне очень помогаешь. Все нормально. Я в порядке. Я же знаю, что ты тоже этого хочешь. Хочешь ведь? — Я готов ждать столько, сколько будет нужно, — отвечает Кевин спустя минуту молчания, и Жан обнимает его за шею, притягивая к себе. Кевин ложится на его грудь. Близко. Чувственно. Лучше секса, если честно. Но иногда и правда хочется ещё ближе.

AU, где Жан — студент по обмену из Франции, который приезжает на семестр учёбы в США и в университете знакомится с Кевином. Сначала то, что происходит между ними, похоже на быстрый и несерьезный роман, но, кажется, к концу семестра они влюбляются по-настоящему.

Жан тоскует по Кевину подобно Звезде, тоскующей по Луне.

Джереми работает смену в кофейне в Рождество, чтобы вечером вернуться домой, спокойно посмотреть сериал и купить что-то поесть, но он решает заглянуть к новому соседу на этаже и поделиться с ним оставшейся новогодней выпечкой. Удивлению Джереми нет предела, когда этим самым новым соседом оказывается красивый молодой человек, просидевший сегодня полдня в кофейне Джереми и совершенно его очаровавший. И — вот это совпадение — этому мужчине тоже не с кем встречать Рождество.

— Закончи начатое, убей меня, Эндрю! — Кевин холодной сталью давит на тонкую кожу горловины. Он чувствовал, как шевелятся волосы и сжимаются органы. Его всего скручивает, дышать тяжело.