Дилюк ненавидел Кэйю всю свою жизнь. За ложь, за предательство, даже за то, чего тот не делал. Ненавидел за то, что тот мог улыбаться и жить, не упиваясь чувством вины. Казалось Дилюк хотел, ЖЕЛАЛ, чтобы тот страдал. Исчез. Сгинул. Но что же будет с самим Дилюком, если все его желания сбудутся, а неизвестная для него горькая правда всплывёт наружу?

Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

Итэр однажды сказал, что никогда не видел сэра Кэйю пьяным. Розария подумала: "И слава Архонтам".

Дилюк ревнует.

Кайя часто вёл себя как полный придурок, и Дилюк давно уже ничему не удивлялся. Но откровенно клеиться к Полуночному герою — это слишком даже для него.

Никогда бы раньше Дилюк не подумал, что ему придется возиться с Кэйей, которому подсыпали наркотики в таверне первого. И уж точно он бы не подумал, что Кэйа все разрешит гораздо проще...

...Потеряв, плачем. Существует множество очень похожих друг на друга миров, которые тесно переплетены между собой. В этих мирах живут одни и те же люди, однако неосновные события могут отличаться. Или история о Дилюке, в чьём мире Кэйа давно мёртв, который попадает в оригинальный мир, меняясь местами с оригинальным Рагнвиндром. Встреча одного Дилюка с Кэйэй, и тоска по нему другого. Как вернуть всё на свои места?

— Слушай, это просто мои соски, ничего интересного…

— Посмотри на себя, — Кэйа послушно осматривается, опуская взгляд, — во что ты одет? — В свою форму?..

Раньше Кэйя приходил с патрулей — руки и лицо ледяные, плащ мокрый от снега — жался со спины, лез холодными губами к шее. “Ты тёплый. Делись, жалко, что ли?”, руками под рубашку, голова на плече, от чужих волос пахнет морозом. Как раньше уже не будет; холода остались прежними, тепло ушло.

Кэйя неважно себя чувствует после экспедиции на Драконий хребет, но всё же идёт работать

Лишь Дилюк мог чувствовать феромоны Кэйи.

Дилюк встречает своё восемнадцатилетие, снова, и снова, и снова.

Кэйа Альберих превратился в павлина. Что может быть хуже?

Аделинда лежит посреди гостиной, судя по всему, в обмороке. На корточках возле неё сидит и пытается привести её в чувство… Дилюк. Собственной персоной. Младше того, что застыл на лестнице, но это несомненно он. Алые волосы, капитанский плащ, белые перчатки, глаз бога полыхает на боку. – Какого чёрта?... – только что и может выдохнуть взрослый Дилюк.

Тарталья не встречал еще таких - ни в Снежной, ни в Ли Юэ. Бесстрашно откровенных, запретно соблазнительных и невыносимо эротичных. Предвестнику кажется долгом оставить следов на смуглой коже как можно больше - помочь ударить побольнее.

Омега!Кэйя получает радостное известие, вот только он совсем не рад.

Застрять в подземелье, откуда не возможно выбраться, а рядом сходит с ума альфа в гоне, мог только Кэйа.

— Спокойно, малыш, я мечтал об этом весь день, — капитан пытается взять инициативу в свои руки, пока его собственные не оказываются перехвачены. — А я весь вечер, — Дилюк заводит их ему за спину и грубо двигает бедрами, заталкивая Кэйе его мечту все глубже и глубже.

- Мастер Дилюк, одиночество вас вполне устраивает, вы им в каком-то смысле наслаждаетесь. Но, то же самое не могу сказать про Кэйю.