...или эффектный и эффективный способ по борьбе с комплексами Мидории Изуку.

Бакуго как обычно шёл по полупустым коридорам академии. Звонки уже отзвенели, все ученики споро разбрелись по домам, но сам он задержался на отработке и теперь медленно брёл по, казалось, безжизненной академии. Он совершенно не ожидал, что кровь вскипит в его жилах и недомогание, начавшееся с утра, выльется в нечто подобное.

Постканон. Чтобы соблазнить Бакуго Катсуки, нужен невероятно продуманный и надёжный план. Или нет.

У каждого в этом мире имеется надпись на руке. Это может быть слово, ну или дополнение к нему, что-то вроде предлога. И всё бы ничего, но… слова эти могут быть как обычными, не вызывающими, так и выходить за рамки приличия.

Каччан может подарить не только ожоги и ссадины.

Каччан не так идеален, и в первый раз у него не получается.

...в котором Деку без ума от рук Бакуго, а Бакуго без ума от приятных слов.

Что может пойти не так, если разбудить Бакуго в восемь утра в его заслуженный выходной? Да всё.

Конечно, Бакуго знал, что однажды услышит запах, который заставит его пускать слюни и лишит разума. Но он никогда бы не подумал, что это произойдет вот так: в раздевалке душевой, глубокой ночью, с идиотом Деку.

И вот поэтому, когда они встретились лицом к лицу на поле во время очередного спортивного фестиваля (третьего по счету), и Изуку улыбнулся ему - нетерпеливо, азартно, уверенно, но не горделиво - Шото изумленно моргнул, шокировано осознавая, насколько ослепительно красив его лучший друг. «Ох, блядь, - подумал Шото. Его голова кружилась так, словно по нему только что проехал грузовой поезд. - Ебать. Он такой… горячий?».

Один лишь Мидория знает, насколько эмоционален может быть Тодороки.

Видит бог, Кацуки никогда раньше не думал о том, как хотелось бы трахнуть Деку. И видит бог - Кацуки сейчас пиздит как дышит.

«Девчонки! А давайте заведем твиттер для нашего класса».

Очередной сборник от меня, только теперь уже по Академии.

– Шо-чан зовет к себе. – Крайне неуместно говорить о таких вещах в месте, где нас могут услышать, Мидория-кун, – нахмурился Иида, грозя другу пальцем. – Ему просто нужна моя помощь! – хихикнул Мидория, поднимаясь. Двадцать минут спустя Изуку с двух сторон облепили возбужденные омеги.