- Ты - грех. Мой альфа сходит с ума, когда я прикасаюсь к тебе. Я не понимаю, что ты делаешь со мной, маленький. Давай уйдем отсюда? – альфа опускается к шее и начинает размашисто вылизывать. - Я никуда не отпущу тебя от себя. – внутри у омеги рождаются новые вселенные.

– Эй, сосед! Ты хочешь задницу отморозить на бетонном полу? – А ты такой добренький, что незнакомца в дом к себе пустишь? – Может, и добренький. Заходи, будем знакомиться…

Поцелуи с привкусом сигаретного дыма и тёплой апрельской ночи — это не то, за чем Чонгук намеревался застать себя, когда вышел на веранду освежиться с университетской тусовки.

— Если вы думаете, что этот дурацкий костюм вас спасёт, то вы глубоко ошибаетесь, — вкрадчиво проговаривает Тэхён, закусив губу и наматывая чёрный галстук на свою руку. — Глубоко — это насколько? — полушёпотом спрашивает Чонгук, размещая руки на бедрах Кима. — А это уже в ваших интересах - насколько, — он резко притягивает Чонгука к себе за галстук так, что их лица оказываются в непосредственной близости.

— С меня хватит! Можешь врезать мне по морде после этого, но ты, блять, выводишь меня из себя! — он отвлекается на не поддающиеся его махинациям штаны. — Помоги мне, боже... — Тэхён ударяет младшего по бедру, чтобы тот привстал, и, когда Чон наконец подчиняется, стягивает с него джинсы. — После чего, "этого"? Что ты, по-твоему, делаешь, Тэхён? — Чонгук склоняет голову, с улыбкой наблюдая за этой картиной. Как же это прекрасно отчаянно выглядит. — Пытаюсь отсосать тебе...

Тэхён хотел бы сказать, что всё идёт точно по его плану. Хотел бы гордо расправить плечи, посмотреть на эту наглую морду так, словно ему совершенно ничего не стоит плюнуть напыщенному придурку под ноги и уйти. Хотел бы собственным кулаком стереть смазливую ухмылку, хотел бы что угодно, но не дрожать прямо сейчас на коленях перед Чон Чонгуком и думать о том, какого же размера член скрывается под его армейскими штанами, если даже в сложенном виде тень от этого Дэу К2 прячет Кима от палящего солнца

— О, Чонгук, а ты знал, что наш новенький фотограф, оказывается, пидор? Мне его бывший одноклассник поведал занимательную историю про эту маленькую блядь, — и столько яда в голосе, что Ли бы самому сдохнуть. — Надо же… — осталось пережить только последнюю фразу и можно думать, как доучиваться последний год. Кто рискнул бы такой хорошей репутацией, как у Чонгука? Никто, ответ очень прост. Никто никогда не рисковал. — Сколько дрочил Тэхёну за школой, а понятия не имел, что он фотограф. Что?

— На меня реагировали по-разному, но так… впервые. Ты удивлён, Чонгук-и? Чонгук-и, признаться, в ахуе. Он стоит у Эйфелевой башни, с Ким, мать его, Тэхёном, который весь вечер пожирал его глазами и вежливо приглашал поскакать на своем члене. А он еще и ломался, блять! Да, черт, Чонгук прямо сейчас готов был брякнуться на колени, чтобы его удобнее было поиметь в глотку и плевать, что назавтра голос наверняка бы охрип.

- Мистер Ким сказал, чтобы до его отъезда я тебя везде сопровождал как твой телохранитель, а потому твои встречи должны свестись к минимуму. - А мистер Ким не указал в контракте пункт, где ты держишь меня за член, пока я хожу в туалет? - язвит омега. - Забыл, наверное, - хмыкает Чон.

Зубрилка, 01:15 «Лучше я потом расскажу, как хорошо работает твой рот. Подниму репутацию. И свою в том числе. Как думаешь, насколько тебя хватит, если вдруг я захочу тебя трахнуть на капоте своей бестии? Или в салоне. Представь, как приятно будут сочетаться звуки хлюпающей в тебе смазки, твоих надрывных стонов, шлепки тел и скрип кожи. Запотевшие стёкла, пот по твоему телу… Чёрт, это будет крайне сексуально…»

Чонгук растирает пальцами глаза, а сам думает, точно ли ему всралась эта затея? Свои деньжата хочется сохранить, а ещё хочется наконец набить своё первое тату. И денег Чимина хватит на маленький эскиз, который ждёт своего часа, но стоит ли оно всех нервов? Сохранить свои сбережения, набить тату, но возиться с этим нытиком или сохранить нервные клетки и проиграть? Он вздыхает, смотря на нервничающего парня. — Понедельник, среда, пятница после уроков тебе подойдет?— мыслено проклиная себя за это

Тэхён до трепета души обожает детей. Работает в детском саду, живёт свою не лучшую жизнь с человеком, изо дня в день делающим ему больно, но, может так и распорядилась судьба, чтобы в итоге подарить поздним вечером нечто большее, что он про себя назовёт: «Курс на счастье».

— И поэтому ты пытаешься его соблазнить, — зная тактику, кивает Юнги. — Я сегодня даже трусы снял до кучи, — снова раненной чайкой стонет он. — Трусы, Юнги! На мой зад в универе половина студентов залипала, а ему похер. Поясничку мне помял, лопаточками моими похрустел, шею вправил и всё, говорит, до встречи, рассчитаетесь на ресепшене. Говнюк… Но такой красивый!

— А я и думаю, чего ж ты не пьёшь... Стесняешься? Или боишься, что когда вернёшься домой, мамка учует, что ты пил, и выгонит из дома? — Если я начну пить, Чон, то стесняться потом будешь ты, — с абсолютно серьёзным выражением лица Тэхён забирает из рук Чонгука бокал с пивом, залпом выпивая из него все, что там оставалось, и, с громким отзвуком оставляя его на полу, встаёт на ноги, щелкая его пальцами по носу.

В твоей крови утопнет вся земля под моими ногами.

Ким Тэхен в принципе не любит шумные вечеринки, но какого-то черта поперся туда, куда пришел самый ненавистный ему человек по имени Чон Чонгук, из-за которого ему пришлось играть в карты и выполнять блядские желания ввиду бесконечных проигрышей.

Чонгук любил Тэхена с детства. Сначала как брата, потом как друга, потом как мужчину. Но смерть Тэхена разбила его вдребезги. Спустя много лет он встречает человека не просто похожего на возлюбленного, он встречает Тэхена переродившегося вновь.

Не говори, что мы были просто друзьями, хотя это не имеет особого смысла, потому что мне уже не больно, я напряжён, ведь знаю, что буду в порядке без тебя, милый.

— Поймай меня, если сможешь.

— Я схожу с ума от одного лишь твоего присутствия здесь, а ты так безбожно рвёшь мне душу отказом уже в тринадцатый раз. — Сейчас будет четырнадцатый, господин Чон. AU, в котором глава Якудза как маленький мальчик бегает за младшим братом своего конкурента.