Остыла страсть, ушли мученья прочь, Забыты клятвы в лунные ночи. Любовь прошла, и некому помочь, Но образ твой мне сердце все же точит.

Вегас и Пит давно расстались и это их мысли друг о друге

В кинематографе часто показывают сцены, когда девушки из-за носков попадают в неприятности, вроде попадания в стиральную машину. Но кто бы мог подумать, что такое случится не только в фильмах, и что Ян Чонин станет жертвой этой ситуации.

Голова вновь отдала пульсирующей болью, от чего Леклер прикрыл глаза и прислонился прохладным запястьем к собственному лбу, дабы унять постепенно нарастающее желание лезть на стенку. Внезапно почувствовав непривычный холод, он открыл глаза и опустил кисть на уровень глаз, рассматривая затуманенным зрением нечто поблескивающее на собственном пальце. — «Макс Эмилиан Ферстаппен, в какую херню ты втянул меня на этот раз?!»

Прости меня,***

Ты справишься!

Мои стихи и поэмы!

Он открывает двери своим ключом. Входит без стука. Прямо. Своей походкой.

«Удачи, дружище. И, кстати, за каждый гол я тебе отсосу», — говорит ему перед выходом на лёд Лиам, лучший друг и лучший капитан. И как проиграть с такой мотивацией?

Почти каждую пятницу я езжу к своему дяде в гости на выходные. Он ублажает меня, доводит до оргазма, но никогда не даёт прикоснуться к себе в ответ. И никаких объяснений подобного поведения у меня нет. Вот уже два месяца я играю по его правилам, однако теперь я чётко для себя решил, что возьму эту крепость измором, и не имеет значения, сколько времени это займёт.

Наконец. Первое совместное Рождество Макса и Шарля. Уединение, теплота и комфорт. Далеко от всех остальных, в коттедже только для них двоих. Но конечно же, всё легко может пойти не по идеальной задумке в голове...

Иногда в тише рождается боль, но иногда это единственное правильное для этого место. Что тяжелее: бояться никогда не достичь вершины или бояться с неё упасть? Шарль Леклер живёт с первым страхом. Макс Ферстаппен начинает осознавать второй

Бывали ли у вас моменты когда все замирает на доли секунды, но для вас - это вечность.

Иногда Вэй Усяню неловко за свои чувства к дяде Цзяну. Хорошо, что тот ничего о них не знает. Или все-таки нет?

Когда над паддоком Ф1 развешивают омелу, всем кажется, что это просто шутка. Макс целует Шарля, Зак Браун — Стеллу в макушку, а инженеры краснеют от смущения. Но главная омела висит в центре зала, словно мишень, и ждёт свою главную пару. Оскар Пиастри весь вечер мастерски уворачивается, но случайность оказывается сильнее. Оказавшись с Ландо под зелёными ветвями на виду у всего гоночного мира, он понимает: можно сделать вид и отступить. А можно — наконец перестать притворяться.

Джордж приезжает на рождественскую вечеринку к Ландо в надеждах, что сможет расслабиться в компании ближайших друзей. Вечер становиться напряженным, когда оказывается, что Макс входит в список гостей. Тревожность доходит до своего апогея и находит собственную развязку.

Летний перерыв. Друзья, которых уже долгое время соединяет один спорт, решили сыграть в пятером в небезызвестную игру «Монополию»

В гавани Монако мигают огни, в кафе подают глинтвейн вместо эспрессо, а снег, такой редкий гость на Ривьере, укутывает город в тишину. Четыре рождественские истории о двух мужчинах, которые учатся быть смелыми: признаться после лет молчания, простить после лет разлуки, прорваться сквозь метель и, наконец, задать один-единственный вопрос под бой курантов. Любовь, которая находит дорогу домой, когда мир закован в лёд и гирлянд

Выбирай каждый день, кем будешь

История о том, как Катю всё-таки удалось спасти.