Ямач облегченно выдыхает, когда братья вытаскивают его на свежий воздух. В голове еще полдня стоит остаточный гул, а прикосновения Арыка медленно въедаются в кожу. От шока Ямач не может объясниться. Шепча себе под нос, что все пройдет, он не замечает, как чужой взгляд и близость впечатываются в подкорку мозга. | АU с 4x01. О трупах в яме, космологической сингулярности, черных дырах зрачков и искривлении пространства-времени.

Ямач не может спать, но приходит за головой Эфсун.

У Ямача есть Чукур и жена, но кое-чего он иметь не может. Не должен. И жаждет этого так, что распадается на две части.

Машина Эфсун въезжает в ворота через день, почти в одно и то же время. Эфсун Карадже не нравится.

Ямач тоже мог бы рассказать Эфсун сказку.

Лилит улыбается дружелюбно, протягивает заполненный формуляр.

Конечно, Чагатай поцеловал её при первом же условно удобном случае.

Фатих даже не смотрит на Эфсун, но улыбается.

Цокот копыт у Эфсун с утра в голове, не избавишься.

Теперь она снова ждёт. Сама себе уже призналась — ждёт.

Эфсун всегда хотелось почувствовать любовь, а Ямачу нравилось получать ее. **AU,** в котором Ямач начинающий рок-исполнитель (отсылка к его начальному образу).

По его правую руку — Арык с М4, по левую — Серен с УЗИ. Они оба в черном, да и двигаются подобно теням, бесшумно и плавно. Разве что дула стволов то и дело резко меняют направление: осторожность лишней не бывает. Ямач не может не чувствовать себя странно, находясь между Арыком и Серен. Их присутствие слишком естественное, а опасность, затаившаяся в воздухе, направлена не на него. И он не помнит, когда все настолько изменилось.