Детектив 81-го участка Илья Розанов не собирался быть чьим-либо соперником. Он наслаждался своими успехами как в работе, так и в личной жизни. Вот только соперник у него был. Слишком правильный, слишком внимательный и слишком очаровательный Шейн Холландер из 24-го. И всё было бы хорошо. Но судьба решила иначе. Теперь Илья смотрит на своего врага, который сидит за соседним столом и раскладывает свои вещи словно по линейке. Это обещало быть скучнейшим периодом в жизни Ильи Розанова.

— Мы знали, что будет тяжело, да. Так и случилось, — Илья с тихим скрипом сел за пустой холодный стол, пригубил немного алкоголя и тот на мгновение приятно обжег горло. — Но мы справимся, потому что это мы. Помнишь, о чем мы говорили у тебя в коттедже? Я люблю тебя в Бостоне, а ты… — А я люблю тебя в Монреале, — Шейн тихо всхлипнул, так и не справившись с эмоциями, пристыженно вытирая покрасневшее лицо.

Шейн испытывает сабдроп после их встречи в Вегасе. Илья исправляет ситуацию.

После инцидента Шейна в больнице навещают его родители, Илья, Хейден и Клифф. Шейн под действием сильных обезболивающих не может скрыть своих чувств.

Пять раз, когда Илья (не совсем) лгал своим товарищам по команде о Шейне, и один раз, когда ему не пришлось этого делать. Или то, как «Бостонские медведи» видели «тайные» отношения Ильи и Шейна на протяжении многих лет.

Илья Розанов попадает в крошечную аварию (с его слов). Шейн Холландер устраивает полномасштабную паническую перезагрузку системы по этому поводу. Параллельно где-то в коридоре Хейден молится о том, чтобы его кто-нибудь швырнул в озеро, или чтобы всё оказалось одним большим пранком, или чтобы на него упал метеорит. Он, правда, не привередливый. Джей-Джей тем временем пытается вывести кислотой из мозга картинку того, как их милый капитан страстно целуется с Ильёй-всем-пизда-Розановым.

омега — шейн холландер — долгие годы скрывает свою истинную суть, боясь быть задавленным альфа-игроками и хоккейной ассоциацией из-за своей истинной сути. всё идёт хорошо, пока в его жизнь не влазит русский хоккеист, пахнущий металлом, бурбоном и кедром.

Шейн просит прощения, но дело в том, что Илья не в силах противостоять собственному бешеному вожделению, которое накрывает с головой. Он извращенец до мозга костей и ничто не исправит его, ничто. Холландер подкармливает это чудовище внутри своими выходками, и сегодняшняя — за гранью.

Мафия!AU: Монреаль. 1930-е. — Кто? — Холландер, скинув пальто, что тут же подхватил не отстающий Хейден, направился по тёмному коридору в сторону кухни. — Босс… — за ним мелким шагом бежал капо одной из команд, пытаясь донести через сбивчивое дыхание всю информацию. — Из Бостонских. Хомбург выдала. Солдат, скорее всего. Стоял в переулке как ни в чём не бывало и курил. Был без оружия.

Он помнит, как забил гол «Торонто» в 2020-м. Но не помнит, как целовал меня в день нашей свадьбы. Он знает наизусть составы команд. Но забыл, в какой стороне нашей кровати спит. Мне выдали инструкцию по уходу за ним. Но там не было пункта о том, как пережить, когда любовь твоей жизни смотрит на тебя и спрашивает: «А мы точно друзья?»

Шейн говорит маленькую глупую ложь, потому что устал быть скучным, и вдруг узнает, насколько Илье не все равно.

После матча паническая атака накрывает Шейна Холландера прямо в раздевалке. Привычный шум отдаляется, тело теряет контроль, а попытки справиться в одиночку терпят крах. В момент уязвимости Шейн просит позвать человека, чьё присутствие всегда было его негласной опорой. — Ты хочешь, чтобы мы позвали Илью? Илью Розанова? — Да. Он… мне нужен.

— Подарок. Но я не знаю, от кого. Кто-то тайно дарит мне всякие вещи, и это – уже четвертая.

Илья заметил, как взгляд Шейна случайно упал на коньки, на лед, а затем на него самого. И на секунду он снова поймал себя на том, что эти веснушки, эти странные, солнечные пятнышки на щеках, чертовски ему идут.

Всё было почти идеально. «Кентавры» провели свой лучший сезон за последние два десятилетия, Шейн отлично вписался в команду и блистал на льду, Илья был замужем за любовью всей своей жизни, и им наконец-то больше не нужно было прятаться. И всё же... кое-что омрачало путь к совершенству, и Илья изо всех сил старался не думать об этом, чтобы не заработать сердечный приступ. Шейн уже шесть недель играл за «Кентавров» в Оттаве вместе с Ильёй, но так и не переехал к нему.

У каждого есть след на коже, похожий на старый шрам: слова, которые родственная душа хотела сказать, но не смогла. Чем сильнее чувство, тем чётче метка. Илья боится Холландера так же, как люди боятся сигарет, чёртовой честности или чего-либо ещё, что может вызвать зависимость. Но одна ночь в Вегасе, когда на коже проявляется «мы даже не поцеловались», заставляет его понять: он больше не может убегать от того, кто уже живёт в его лёгких.

Шейну и Илье трудно вести себя профессионально, и у Буда окончательно заканчивается терпение. Так появляется «Банка Публичного Проявления Чувств». Теперь каждый раз, когда команда ловит Шейна и Илью на публичных нежностях, они платят штраф.

На что ты готов ради любви? ||| Илья Розанов — глава преступной группировки «Медведи». Шейн Холландер — обычный офисный клерк. Однажды их судьбы пересекаются дважды, и назад пути нет.

Илья надевает женские трусики.

Что, если Илья никогда не уезжал в НХЛ и остался в КХЛ, а Шейн прилетел бы играть в Россию? Это история о столкновении двух характеров, двух способов выживать в хоккее и за пределами льда. О притяжении, которое возникает не вовремя и не к месту. О доверии, за которое приходится платить. И о дороге к Кубку Гагарина, где цена ошибки — слишком высокая, чтобы позволить себе слабость.