Энид находит чей-то личный дневник на полках библиотеки, с каждой прочитанной страницей автор все больше напоминает ей профессора литературы.

Уэнсдей застаёт свою соседку Энид за интересным делом. С этой минуты их отношения стремительно развиваются, приобретают новые оттенки и чувства.

В замкнутом пространстве комнаты они проводят новогоднюю ночь, не спеша говорить и слушать, погружаясь в разговоры и тихие наблюдения, которые раскрывают их по-новому.

В преддверии Нового года Уэнсдей и Энид дарят друг другу подарки. В этой тихой, снежной комнате даже простые жесты становятся признанием и вниманием, которое не требует слов.

Утром Энид зашла в гостиную, зевая. – Доброе утр… — слова застряли в горле. У ёлки сидела Уэнсдей. В гирлянде. С розовым бантом. Абсолютно серьёзная и с убийственно холодным взглядом. Их взгляды встретились. Взгляд Уэнсдей стал мягче, теплее, нежнее, когда она увидела Синклер. – …Это… — Энид прикрыла рот ладонью. – Что случилось? – Санта существует, — сухо ответила Уэнсдей. – И у него отвратительное чувство юмора.

Их отношения развивались в своём неторопливом и умеренном темпе, но сегодня Энид, наконец-таки, решила сделать первый шаг для того, чтобы укрепить их связь между друг другом.

Что делать, когда твоя одноклассница забыла свою кофту в школе? Не обращать на неё внимание? Отдать завучу? Уэнсдей не любит лёгкие решения. У неё свои методы.

Ночью Уэнсдей не может совладать с желанием. Решив, что Энид крепко спит, она пускает в ход её пальцы.

Инид боится, что её альфа-сторона отпугнёт Уэнсдэй. Уэнсдэй ничем не напугаешь.

Случай, когда Энид поняла, как трудно достичь оргазма, когда её ногти превращаются в когти, а Уэнсдэй великодушно одолжила ей руку. Или, по крайней мере, вибратор.

Аддамс просыпается посреди ночи. Энид нет рядом, дома прохладно и царит кромешная тьма. Проходя вглубь дома, на шум, темноволосая обнаруживает свою девушку в уборной, которая решила снять напряжение своим излюбленным способом.