Работая на пункте выдачи заказов, Эве часто приходилось сталкиваться со странными товарами и их странными покупателями. Она быстро привыкла к этому, и проблем у неё не возникало. До тех пор, пока подозрения не вызвали, казалось бы, самые обычные товары, заказанные одним и тем же мужчиной. Началась зима, а с начала осени в городе пропадают и умирают молодые девушки. И пока полиция ищет серийного убийцу, Эве начинает казаться, что он ищет её.

Когда от сладости немеет язык, не замечаешь, как она становится горечью.

Нефтида не всегда понимала, что чувствует к мужу. Но о том, что изменила ему, определённо, жалела.

— Я твоя, Сет. Вся твоя. И всегда с тобой буду.

Там, где знойная пустыня выжигает нежность, там, где жестокие пески до ссадин гладят кожу, она будет любить его, несмотря на боль. И там, где ничего живого нет, там, где от чувств – одни лишь крохи, он будет любить её сильно и горячо.

Эвтида на мгновение возненавидела его — за подаренную надежду, растерзавшую ее в клочья жестокость и слишком красивую улыбку.

Эⲃⲧυⲇⲁ - ⲡⲉⲣⲃⲁя ⲱⲉⳅⲙⲩ, ⲡⲣⲟⲱⲉⲇⲱⲁя ⲱⲉⲥⲧь ⲯⲉⲥⲧⲟⲕυⲭ ⲕⲣⲩⲅⲟⲃ. Ⲥⲉⲇьⲙⲟύ ⲕⲣⲩⲅ ⲇⲗя Ⲃⲉⲣⲭⲟⲃⲏⲟⲅⲟ эⲡυⲥⲧⲁⲧⲁ ⲟⳝⲉⲣⲏⲉⲧⲥя ⲡⲟⲗⲏыⲙ ⲡⲣⲟⲃⲁⲗⲟⲙ...

После пройденных шести кругов жестокости и насилия, Эвтида попадает в загробный мир, где её ожидает новая жизнь, достопочтимый статус и замечательный супруг. Сможет ли она забыть прошлое и сохранить положение Правительницы Дуата? Получится ли у Анубиса излечить раненное сердце госпожи и завоевать её доверие? Как свершится суд Осириса над Аменом? Покажет время...

Он хотел отвернуться. Хотел сказать что-нибудь отстранённое, ледяное, что поставило бы границу — между ним и ней, между богом и слугой. Но пальцы сжались в кулаки. И он сказал совсем не то, что должен был: — Ты не одна. И, возможно, путешествие через Нил поможет ей избавиться от ненавистных кошмаров?

Он желал ее больше власти, поклонения или хаоса. Грезил раствориться в ее объятиях и вечность наблюдать за ее робким взглядом. Он ее желал и, наконец, получил.

Даже самый бескорыстный бог не был бы рад забвению своего культа, а тщеславный и воинственный — сделал бы все, чтобы вернуть власть любыми способами. Водоворот событий и непостоянный характер Сета затянули его в политические интриги и войны разных эпох. Буквально по мановению его руки происходили вещи, навсегда отпечатавшиеся на страницах мировой истории. Но только ли жажда господства толкала его на это или на то была другая причина?

Никому не нравится быть загнанным в угол, а оказаться окруженным с трех сторон — тем более. Эвтида понимала, Амен просто ждет, когда она оступится, а Реммао уже продумывает план, как создать все условия для этого. Финальным штрихом в этой тупиковой ситуации стала просьба Сета заглянуть в сон эпистата. Молодая шезму решает поставить на карту все и начать действовать. Кто знает, может у нее получится остаться в живых?

Она пробуждала в нем бурю, чистую стихию гроз и молний, томящуюся в теле властителя и вдыхающую свободу каждый раз, когда сдавало его терпение. Эва жаждала его исчерпать, чтобы он сделал с ней всё, о чем темнели его глаза.

«Меня помнят лишь те, кому я позволяю помнить», — шепчет Сет во снах, хищно скалясь сквозь пески и бурю. И она помнит. Помнит, кто он такой. Её неизбежность. Её покровитель. Её бог.

Поездка в Фивы с самого начала была подобна смерти: лишиться головы как шезму или стать забавой в руках эпистата — невелик выбор. Но когда в игру вступает третья сила, его не остается вовсе. Особенно если эта сила — бог хаоса и песчаных бурь, с чьим именем она всегда была связана. Бог, которому, возможно, самому предстоит умереть.

В Дуате, где каждая тень олицетворяет смерть, Эва отдаёт свою свободу Сету в обмен на защиту. Но это лишь первая часть его замысла — настоящая же цена покровительства может оказаться непомерно высокой. Вот только готова ли Эва заплатить её?

Если бы Анубис не прервал их так скоро, возможно, Сет и смог бы осмыслить то, что чувствует. Во всяком случае, Эва непременно помогла бы ему в этом.

Сет уверен, что проклят, не имея возможности иметь детей. Новость о ждущей его ребенка смертной, его подопечной и, вдобавок, чужой жене, это только подтверждает. Продолжение «Без памяти»

Эва наслаждается благами замужней жизни с верховным эпистатом и счастлива зваться его женой. Или убеждает себя, что счастлива

— Люблю женщин, — довольно протянул Сет, стерев капельку крови с пореза на скуле и не поморщившись. Взглянул на Эву искоса, расплывшись в хитрой ухмылке. — За вас мужчины готовы разжигать войны.