"Током по оголенным проводам-венам". Сборник драбблов, каждый из которых связан с определенной главой маньхуа.

Надень всё, что я тебе подарил.

Мо Гуаньшань скрывает сокровище.

Хэ Тянь как-то вычитал, что составить мнение о человеке можно в первые пять секунд знакомства. Рыжему хватило одной, чтобы безоговорочно и всецело завладеть его вниманием.

Его кухня теперь — это великий склад трудов Мо Гуань Шаня с кучей приправ, новой хорошей посудой и кухонными принадлежностями. Довольно легко представить, что Шань делает все это по своему желанию, а не из-за денег на карте и старой договоренности. Тянь каждый раз обманывается, потому что знает: наступит день, когда это все станет правдой. Они уже постепенно движутся к этому. Так что темный засос под аккуратными выпирающими ключицами — это звонкая пощечина. [ сборник ]

Хэ Тянь сегодня чуть больше молчит, а Мо Гуаньшань — чуть больше говорит. И это хорошо кончается. Так, как, наверное, и должно всё заканчиваться в светлый праздник Рождества.

Тянь снова забыл, в каком из подъездов его новая квартира. Он устал щуриться на отражающееся в окнах солнце. Его единственный ориентир — рыжий затылок.

- Омерзительно... - Рыжий тяжело выдыхает сквозь зубы, злобно комкая белый пиджак на груди. - Полностью разделяю твое мнение, но как бы там ни было... - Тянь поправляет галстук и подставляет локоть, - заткнись и возьми меня под руку.

Интересный мальчишка. И имя у него интересное. Хэ Тянь склоняет голову набок, ухмыляясь внезапной дурацкой мысли, неизвестно откуда взявшейся в голове. Тянь–Шань. Говорят, удивительное место, где встречаются небо и горы. Говорят, там красиво. Там — почти как в раю.

– У нас будет десять детей, – вдруг выпаливает Хэ Тянь, а Рыжий, переведя на него взгляд, чуть выгибает бровь и интересуется ехидно: – Десять? – Десять. …Или: АУ, где Рыжий – медбрат, а Хэ Тянь – пациент, отходящий от наркоза.

Ему нравилось снимать все, что было красивым. Небо, утренние солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву, птиц, зелёную проросшую сквозь брусчатку траву, и Его.

Ничего такого от одного раза не будет, правда же?

Длинные рыжие ресницы отбрасывают тень на нижние веки и щеки, медленно поднимаются, медового цвета глаза, завораживающие своим спокойствием и, в то же время, дьявольскими огнями, пляшущими где-то во тьме зрачков. Хэ Тянь тонет в этой тьме, задыхается, в ушах звенит. Он просыпается, тяжело дыша, переворачивается на бок, выключает будильник.

Они тонут в нежности и тепле друг друга.

Если вам вдруг кажется, что поцелуи этих ребят больше походят на попытку сожрать друг друга, то знаете… вам не кажется.

Как Цзянь И почти разлюбил Чжаня Чжэнси.

Хэ Тянь не умеет говорить ртом. К несчастью, Мо Гуаньшань ничем не лучше

Тянь смотрит с детским восторгом. Словно родители пообещали подарить ему тачку, а не какой-то чувак из магазина угрожает набить лицо.

Тянь краем глаза заметил мелькнувшую огненно-рыжую макушку. Он как ворона. Тянет на все яркое и блестящее.

спасибо за классный водяной пистолет, я пристрелю тебя из него