Небольшая мини-зарисовка о том, как Чжун Ли стал ребёнком, а Тарталья должен позаботится о нём. О том, что Чжун Ли снятся кошмары, с которыми он устал бороться в одиночку.

Нравится проявлять покорность, Тарталья? В желании снять ответственность и отдаться партнёру нет ничего плохого. Если ты хочешь этого, нужно мне сказать.

Любишь кататься - люби и саночки возить. Чжун Ли хотел жить жизнью простого смертного, пусть теперь знает, что значит болеть и простужаться. Нечего обижать доверчивого Чайльда.

Как быть, если вы так часто упоминаете некоего консультанта в своих письмах, что ваша семья решает, что вы помолвлены? Чайльду приходится просто смириться с этим. Что может пойти не так, если он заключит контракт с Богом Контрактов и они будут притворяться любовниками на время пребывания его семьи в Ли Юэ? После всё вернётся на круги своя и они не будут об этом вспоминать — никаких чувств. Контракт заключён. Это надёжный план, высеченный на камне, верно?

— Я рад, что мы встретились, — изнежено проговорил юноша на ухо мужчине и тепло улыбнулся — И я рад, Чайлд, — тихо сказал мужчина в ответ

Никто даже не может предположить, что Итер вовсе не такой же весёлый, энергичный и доброжелательный со всеми, как кажется снаружи. Нет, он совсем не такой. Внутри он сломлен.

Это льстит. Когда Чайлд рядом по своей личной прихоти. Двусмысленно и игриво смотрит из под ресниц. У тёмной глади ведёт за собой и неторопливо сокращает расстояние. Когда кончики пальцев подрагивают от неловких вопросов, а тонкие губы расплываются в широкой улыбке. Это сводит с ума. Медленно и необратимо, словно вода стачивающая камень.

Они живут обычной жизнью, и каждый день похож на предыдущий, но Тарталье все равно кажется, что он выиграл в какую-то мистическую и абсолютно замечательную лотерею.

Глядя на толпу паникующих жителей, Син Цю думал - на Ли Юэ напали хиличурлы? Или другие монстры? Буквально вчера они тихо-мирно сидели вместе с Чун Юнем, поедая мороженое, но сейчас… Неужели немного спрятанного перчика могло привести к такому?

Это прекрасный весенний день, и Чун Юнь не может перестать смотреть на ноги Син Цю.

Насколько неловко по шкале от нуля до десяти было бы кончить от того, что лучший друг погладил тебя по коленке?

— Скажи, если бы я упал, ты бы смог поймать меня? — маленький Аякс сидел на краю парящего каменного острова, беззаботно болтая ногами. — Конечно, я бы создал камень, который тебя остановит. — Тогда я бы все равно разбился! Камни же жесткие! Так и скажи, что не смог бы… //AU, где Чжун Ли и Тарталья - друзья детства//

У Чун Юня кошачьи зрачки. У Син Цю - море тепла и заботы где-то под заполошно бьющимся сердцем.

До какого разговора может довести очередная книга про разбитое сердце?

— Это «Искусство поцелуев»! — Иии… Искусство чего?! — парень мигом заливается краской: Син Цю говорит ему о поцелуях, сам находясь так близко, что ещё за провокация?! — Искусство поцелуев! Ты когда-нибудь целовался с кем-то? — мечник с интересом изучает чужое лицо, без стеснения сокращая дистанцию до минимума.

син цю и правда бесит этот парень.

Чун Юнь приоткрывает сложенный вдвое листок, видит там выведенное аккуратным почерком "тебе не нравятся мои подарки?" и резким движением запихивает записку обратно в учебник.

Писать свои желания на фонарях и отправлять их в небо — древняя традиция народа Ли Юэ. Каждый год люди озаряют небосвод тысячами фонарей в надежде на исполнение своих мечт, услышанных богами и адептами. Только в этот раз единственное желание Син Цю — быть вместе с Чун Юнем.

Он каждый раз удивляется, что Чайлд, такой из себя в каждой битве победитель, ставит себя ниже его.