Чайльд считал, что в разнице между его и Люмин ростом были сплошные плюсы. По крайней мере, на ее голову было удобно складывать локти. Нужно ли говорить о том, что Люмин была с ним в корне не согласна?

Ему казалось, что у него просто нет соулмейта. Но однажды он объявился и при первом появлении подарил ужасную боль.

— Ты позволишь мне попробовать самому украсить твои волосы, Путешественница?

Праздник морских фонарей оборачивается для Рейзора ещё одной странной человеческой причудой.

— Чего кричишь?.. Ты идиотка? — спросил он совершенно серьёзно и спокойно, словно не было ничего такого особенного в этой ситуации. Мона хотела ему что-то сказать, но парень просто тяжело вздохнул и схватив её за руку, поднял и потащил за собой, продолжая держать над ней зонт. — Пошли..

В руках демона ветра хрупкая бабочка не боялась и сверкающей молнии за окном.

Кэйя тащит Дилюка в «Кошачий хвост», дабы раз и навсегда доказать, что существуют алкогольные напитки, которые может оценить даже его душный приемный брат.

– Каждый день одно и то же. Поручения, повторяющиеся из раза в раз, они настолько рутинны, что иногда я теряю счет дней. Я просто прихожу, сажусь на стул и... все? Ну, ты знаешь. Духи ведь сами уходят, стоит мне только появиться, – Чун Юнь приподнялся с крыши и сел, положив руки к себе на колени, принимаясь их мять от неуверенности. – Я ведь все еще мечтаю увидеть духа и изгнать его своими силами. Все мои тренировки когда-нибудь дадут плоды, я уверен... Но я так устал ждать...

— Я понял... — он приподнялся и задумчиво протянул, — То есть... Ты хочешь устроить вечеринку в честь дня рождения? — Да! — Кли быстро закивала, снова начиная активно прыгать на месте, — У Кли было целых три особенных дней рождений с Рыцарями, теперь Кли хочет устроить праздник для кое-кого особенного! Но Кли не знает, как это сделать... А после завтра уже совсем близко...

Венти хочется взять Сяо за руку. Он ведь может, правда? В конце концов они встречаются, а значит любят друг друга. Он не должен бояться проявлять такие мельчайшие порывы нежности, это не должно быть чем-то страшным.

идеален для сяо, напротив - для венти.

сяо не переносил таблетки. сяо не переносил, когда венти страдает.

– я хочу чтобы ты мне.. только для меня...

С каждым ловким движением Альбедо, Сяо осознавал, что он вовсе не безэмоциональный, что он вовсе не потерял жажду.. жить. Все его многолетние рассуждения ломались поочередно. Оказывается, что он совсем не тот, кем он себя представлял.

— Учитель, раз уж рабочий день подходит к концу... Я давно думал: может вы могли бы написать себя, меня и Сахарозу вместе? Чтобы у нас был портрет всех алхимиков Ордо Фавониус на память!

В городе праздник.

Цинсинь, все же, цветы красивые. Но не тогда, когда она символизируют не взаимные чувства, и растут прямо в твоём теле. – Тебя я люблю, Итэр. Давно уже.

"Почему ты принял удар на себя?" — неожиданно спрашивает Альбедо, и Итэр не может прочитать его выражение лица. Ответ очевиден.

Юноша хорошо знал, каково это – медленно тонуть в густой нефти кошмаров, от которых нет сил очнуться.

Глупо, конечно, что его вообще волновал незнакомец, чья добрая улыбка дарила необъяснимую, но так необходимую ему кроху счастья, от которой он наполнялся энергией на ближайшие пару часов. Но вот прошло две недели немых приветствий, и Альбедо наконец-то признал, что хотел бы узнать безымянного экскурсовода поближе. - [Через звуконепроницаемый экран посетители музея могут смотреть на работу исследователей. Тот же самый экран не позволяет Альбедо пообщаться с Итэром]