Воспитывать мальчишек со сверхспособностями, будучи компанией отцов-одиночек, тяжело, но они искренне стараются. Юное же поколение, в свою очередь, также искренне старается (не) раскрывать тайны своих родителей.

У Чуи Накахары в результате мафиозных разборок остался только Поль Верлен — профессиональный убийца, одержимый местью, и любящий старший брат в одном лице. Чуя растёт с убеждением, что должен убить главу Мафии — расчётливого и хитрого Огая Мори. Однажды Чуя встречает своего ровесника, Осаму Дадзая, с которым впоследствии очень сблизился. Вот только Осаму Дадзай — наследник Огая Мори, им же опекаемый, и рос он с мыслью, что должен убить главу Восстания — расчётливого и хитрого Поля Верлена.

Осаму Дадзаю всего двадцать два, но он, видимо, рождён гением, которого не понимает мир, раз предпочитает яркому летнему дню каникул прохладный и тихий морг своего дядюшки Огая Мори, методично колдующего над мёртвыми телами чуть ли не каждый день. Вот только если дядюшка узнаёт причину смерти очередного бедняги в процессе вскрытия, то Дадзаю даже не нужно смотреть на тело — ему обо всём рассказывают беспокойные души умерших, которых видит и слышит, к сожалению, только Дадзай.

Желая избавиться от мирской суеты, молодой герцог Акутагава уходит в лес, не забыв прихватить ружьё, зная, что чащу здесь зовут гиблым, заколдованным местом, мол, обитают там ведьмы. Погнавшись за зверем, герцог увязает в топях, но внезапно к нему на помощь из той самой чащи приходит незнакомый юноша с волосами цвета снега и кошачьими глазами и спрашивает, чего это барин забыл так далече от деревни.

Молчание может ранить. Тишина — убить. | AU, в которой Дазай (безнадёжно и полностью) глух, Накахара — наследник криминального босса, профессиональный наёмный убийца и просто уставший юноша, однажды опоздавший на работу, потому что чуть не сбил на дороге немного необычного гражданского.

Обитатель последней палаты никогда не появлялся в коридоре. Дазаю казалось, что там точно спрятан чей-то труп, раз туда никого не пускают. Любопытство грызло с неимоверной силой, просто мозги выедало каждую ночь, хотелось выбить дверь в ту чёртову палату с ноги и посмотреть, что там за Нарния такая. Но... Всё случилось в один момент, когда парень вернулся с терапии раньше всех остальных.

14XX год. Время, когда вампиры и прочие твари бесчинствуют, сея панику и хаос. Граф Накахара был уверен, что кровопийцы ужасны и безобразны в облике своём, пока однажды ночью не повстречал мужчину, появившегося за окном его покоев — неписанной красоты, прекрасного и… бледного, как сама смерть.

О русалках и русалах ходят разные небылицы: одни опасаются, что вероломные создания от тандема Сциллы и Харибды заманивают моряков в воду и топят в пучинах вод; другие думают, что увидеть прекрасную деву или красивого юношу с рыбьим хвостом сулит удачу. Чуя не верил ни в одну из этих глупых сказок хотя бы потому, что ежедневно в его заливе повадился топиться Принц, которого Чуя доблестно спасал, а тот... опять топился.

Школьная юность литературных гениев.

— Удачно я решил прокатиться, однако, — Накахара злорадствует всем своим видом, ухмыляясь и смотря на этого блядского мальчика для утех снизу вверх — Осаму ещё ни слова не сказал, что удивительно, ведь рот у него обычно не закрывается, и не подошёл ближе чем на шаг, скрестив руки на груди и глядя в сторону. — Не ожидал, что ты у нас член театра кабуки. И что молчишь? Давно так хорошо зарабатываешь? — голос Чуи немного хрипл. — Или с самого начала, как в обнищалое своё агентство подался?

Об этом Лисе ходили легенды среди жителей окрестных деревень: не было ни одной сторожевой собаки, которую он бы не обманул, не было ни одного курятника, который он бы не обворовал. Не в силах больше выносить выходки хищника, люди позвали в свои земли Охотника с его Охотничьими Псами — Псами разных судеб, но связанных одним долгом. Загадкой оставалось лишь одно: кто выйдет победителем? Хитрый обманщик Лис или Охотничьи Псы, натасканные убивать?

Уже в вечер пятницы общежития при университетах пустеют: кто-то смертельно занят с утра до ночи, кто-то уезжает домой, кто-то вовсе планирует вернуться в комнату только в воскресенье. Осаму Дадзаю, первокурснику, откровенно скучно — все его три соседа исчезли на эти выходные, оставив его куковать в гордом одиночестве. Он, наверное, снова предался бы любви с дешёвым горячительным, но вдруг его молчаливый телефон маякнул личным сообщением с неизвестного номера. Дадзай видел его в общей беседе...

Если ты рождён драконидом — оборотнем-драконом, — то будь добр соблюдать традиции предков, даже если ты живёшь жизнью обыкновенного человека в мегаполисе. Накахара Чуя, молодой дракон, и раздражающий его напарник Дадзай Осаму сопровождают своих старших наставников к Огненным Вершинам — месту, в котором драконы танцуют в небе со своими избранниками, по традициям узаконивая отношения. Тем, кто с парой ещё не определился, в небо в дни Танца подниматься запрещено. Вот только что-то идёт не так…

— Это так трогательно, что ты настолько был уверен во мне, что использовал «Порчу». Я прямо сейчас расплачусь. — Я сделал то, что должен был, — он выкашливает сгустки крови, вытирая её же с губ. — А теперь врежу по твоей морде.

Дадзай вовсе не без царя в голове, просто в его голове царит двоевластие уже который год.

Неуловимая тень, Маска, Ювелир — как его только не величали. Не было ни одного банка и ни одной драгоценной лавки, которых бы не коснулась рука полночного вора. Ищейка Кардинала, Накахара Чуя, от чьего глаза не скрывалась ни одна улика и от чьей пули не уходил ни один рецидивист, раздражённо постукивал пальцами по столу, битый час смотря на нераскрытое «Дело Сороки» — чёрное пятно его биографии. Нельзя арестовать Сороку, когда он сидит в кресле напротив, улыбается и говорит о любви.

И это лучшее на свете колдовство: ликует солнце на лезвии гребня. И это всё, и больше нету ничего, есть только небо — вечное небо.

Накаджима Атсуши, отработавший в Агентстве всего полгода, готовится встречать свой первый Новый Год в компании коллег. Но знает ли он, что этот Новый Год он запомнит надолго?

Пиратская!AU | Да здравствует анархия! Капитаны двух враждебных кораблей оказываются на одном берегу после шторма и вынуждены не убивать друг друга, вспоминая, через что прошли в совместной бурной юности.

Артюр слишком устал и уже ничего не хотел. Он хотел мчаться на такси через весь Париж к своему любовнику в одном пальто, надетом на голое тело, и больше ничего.