Исполнение заявки ФФ1-1276 на BubbleVerse Fluff Fest: «Как-то раз Кир просыпается и понимает, что Шуре 8-10 лет. Он не помнит ничего из взрослого возраста, но подсознательно тянется к Киру и сероволкам, потому что, по ощущениям, знает их».

– Олегу насрать на всех, кроме своего психованного террориста. И не надейся, что он тебя защитит – этот Волк старый, больной и по уши влюблённый. Стая там из двух калек – умственно-отсталого и физически-ограниченного. Так что смысла вытрёпываться тебе нет. Сдай их вместе с преемником и дело с концом. /// Лет пять назад Мальвина сдал бы их. С искренней ненавистью к Разумовскому и с обидой на Волкова. Но у Вадима старые данные. В этой стае не два человека. И она сильна как никогда.

**AU на пост-ЧД9** «...Воздух пропитан запахом свежих бинтов, запёкшейся крови, перекиси и спирта, и от этого букета Разумовскому хочется выть, потому что ещё пару дней назад в квартире витали ароматы горячих круассанов c шоколадом, которые Волков готовил им на завтрак». Пока Серёжа обрабатывает раны Олега, Волков вспоминает, как в разные периоды времени сам заботился о Разумовском, стараясь облегчить его боль особыми способами, которые рыжий перенял и применял теперь на нём.

- А спорим, тебе слабо поцеловать Разумовского? – спрашивает Шакал. Олег встаёт перед выбором: разбить долбоёбу нос или мордой протащить по гравию. Он в мельчайших деталях представляет то, как Шакал будет орать от боли, а остальная толпа даже не пискнет – зассут, точно зассут перед Волковым. Гадёныш ухмыляется, помогая сознанию Олега застелить алой пеленой гнева всё это время бережно хранимые воображаемые сценарии его первого поцелуя с Серёжей.

AU: У Олега теперь тоже есть альтер-эго. - Хочу домой, а то здесь воняет псиной, - недовольно фыркает Птица. - А я хочу, чтобы ты завалил хлебало, а то здесь душно, - предупреждающе рычит Волк. - Да заткнитесь оба! - Не выдерживает Олег. Серёжа неловко тянет его за край гавайской рубашки: - Олег, давай по мороженому? Волков падает лбом на руль. Похоже, поехать на шашлыки со своим парнем, когда вы оба поехали кукухами, а эти кукухи друг с другом не в ладах, было не самой хорошей идеей.

«Это только гриппом все вместе болеют, Волков, а с ума поодиночке сходят» - пытается успокоить себя Олег. Но сколько бы он ни повторял про себя эти слова как мантру, фигура с агатовыми крыльями менее реальной становиться не собиралась. Как говорится: с кем поведёшься, от того и наберёшься. Олег подхватил весьма редкую заразу – у него Птица... Sam Tinnesz - Play with Fire

(**Потенциально – AU на ЧД8**) «Вадик чувствует, что смерть дышит в затылок, неустанно следует по пятам, и прижимает к себе бледного, шипящего от боли Алтана, пока они, прихрамывая, бегут по коридорам загородной резиденции Дагбаевых. Не оборачиваясь, чтобы не встретиться с златоокой неминуемой погибелью, и не смотря под ноги, чтобы не узреть в отражении багровых рек ужас в собственных глазах...»

«Настроившись оставить все проблемы в Питере, Олег закрывает за собой калитку, когда с соседнего участка выходит подтянутая, спортивная девушка, похрустывающая яблоком. Им она и давится, встречаясь взглядом с Волковым, у которого в одной руке – чемодан, а в другой – Разумовский, прижимающий к груди ведро черешни, купленной у бабульки на трассе. - Да вы издеваетесь…» Четыре раза, когда Олег подумывал взять Серёжу за шкирку и уехать из Питера, и один раз, когда ему это удалось… …или нет.

- Прости меня, Серёж, прости, пожалуйста, я не хотел. Разумовский кладёт ладони на бледное лицо Волкова и смотрит так понимающе, что Олегу хочется застрелиться – ещё пять пуль, пожалуйста, но теперь прямо в голову. - Всё в порядке. – Отвечает Серёжа, прильнув к нему. – Мы понимаем. «Да нихрена не в порядке» - скулит про себя Волков... Flёur - Паранойя

- Amicitia semper prodest, amor et nocet. – С интонацией произносит вслух Разумовский, не подглядывая в книгу. - И что это означает? - «Дружба всегда полезна, а любовь может навредить». - Глупо как-то. – Пожимает плечами Олег, поправляя на Серёже развязавшийся шарф. – Я вот тебя люблю и дружу с тобой, хоть ты и балбес. Серёже тринадцать, и ему кажется, что бешеной птицей бьющееся в грудной клетке сердце вот-вот выскочит, неминуемо вырвется наружу...

Flёur – Будь моим смыслом ...и Олег понимает отчётливо: Серёжа – не шедевр, Серёжа – само искусство, что при свете, что во тьме. А искусство требует жертв. И если такой жертвой является упаковка украденных из канцтоваров цветных мелков, то так тому и быть. Искусство хочет рисовать, писать картины, творить, кто Олег такой, чтобы отказывать?

She wants revenge - Sister ...Олег выдыхает сквозь стиснутые зубы, не в силах даже материться. Что ему с ним делать? В угол поставить? По жопе ремнём дать? - Ты же знаешь, что употреблять алкоголь с антидепрессантами нельзя. – Хриплый голос Волкова едва громче трещащих в камине поленьев. Птица на это лишь посмеивается: - А ещё нельзя убивать, подделывать документы и удерживать людей в неволе, Волче, но разве я хоть слово тебе по этому поводу сказал?...

- Запомни: теперь я – твой волк. А волки своих не бросают. Разумовский цепляется за Волкова изо всех сил – руками за края старой футболки, ногтями за широкие надёжные плечи, поцелуями за тёплые потрескавшиеся губы. Всё что угодно, лишь бы выбраться из засасывающей трясины, в которой ничего кроме агатовых перьев и золота пожирающих глаз. Но холодным осенним утром, когда из мира исчезли все краски кроме сотни оттенков серого, Серёжа провожает Олега и понимает, что волчонок вырос…

...а ты не успел их поймать.