Чужой выбрал Корво — в том и этом мире.

Что произошло после того, как Эмили умерла, Даннуол вступил в последнюю стадию разложения, а Корво уплыл в закат.

До смерти Корво, у него и Чужого были вполне устоявшиеся отношения. После его смерти, Чужой решил не отдавать своё и забрал его в Бездну. Что-то вроде драбблов на одну тему.

Корво был знаком со страхом с самого детства. Он рано понял, что угловатые буквы на левой ключице, складывающиеся в слова «Я Чужой, и это — мой знак», могли принести лишь горе.

«За кем ты подглядываешь, меня не касается». Пьеро снова и снова повторяет про себя слова Корво. Интересно, что он сказал бы, застань он Пьеро подглядывающим за собой, а не за Каллистой?

О портретах, святилищах и Старых Ветошах.

Всё началось, когда Корво начал целовать метку на удачу

У гномов в порядке вещей однополые отношения. А вот у хоббитов это запрещено и о таком даже не помышляется. Торину очень нравится Бильбо, но хоббит относится к нему с вежливым почтением, не более. Максимум, на что согласен Бильбо - дружба. Но чем больше хоббит ему отказывает, тем сильнее разгорается страсть короля. Видя страдания дяди, Кили и Фили подбивают помочь ему весь отряд. И вот бедного Бильбо начинают усиленно подталкивать к романтике с Торином. Причем сам король не в восторге от нежда

В поход к Одинокой горе отправились только тринадцать гномов, никакого хоббита на роль взломщика Гэндальф не предлагал. Но в гостях у оборотня Беорна они знакомятся не только с лесным хозяином, но и с его маленьким подопечным.

Бильбо возвращается домой после рождественского шоппинга немного рано и застаёт Торина, отрывающегося под Мэрайю Кэри.

Никогда! Слышите, никогда не просите Двалина тактично и ненавязчиво выяснить у полурослика, нравитесь вы ему или нет.

Бильбо и Двалина объединяет две вещи — вкус к хорошей еде и безответная любовь к одному недогадливому королю. Самое разумное в этой ситуации, конечно же — создать клуб.

— Я убил десять человек у тебя на глазах за минуту, — тихо сказал ведьмак. — Почему ты все равно хочешь остаться со мной? Лютик непонимающе посмотрел на него и пожал плечами. — Я не знаю ни одного места на этой треклятой земле, где мне было бы безопаснее, чем с тобой, Геральт, — ответил он просто.

Астрологи объявили аномально жаркое лето. По улицам Новиграда текут нечистоты, а в воздухе витают миазмы тысяч изнывающих в городском муравейнике жителей. Геральт и Лютик встряли в комнате над таверной, и Геральт ожидает, что через несколько дней они задохнутся от паров вина и испарений с собственных тел. Однако в какой-то момент ведьмак понимает, что потеющий Лютик пахнет приятно, если не сказать - притягательно...

Внезапно он натыкается взглядом на клочки тряпок смутно напоминающие ему одежду барда. Ведьмак попытался не думать о чем-то плохом, но мысли ушли не в ту сторону, когда он заметил сломанную лютню Лютика. Геральт был уверен, что лютня принадлежала именно ему, ведь на гору поднялся лишь один бард.

Кэйлюки говорят словами через рот. И делают через рот кое-что ещё, забыв, что вообще-то, Дилюк потратился на целый приём.

— Просто не напивайся здесь до чертиков, хорошо? — А что, если я напьюсь? Продашь меня за горстку моры?

Воспоминания стерли улыбку с лица, так не кстати тронув мысли. Кэйа очнулся на оклик посетителя, который что-то крикнул о его заднице. Ну что за пьяницы? Альберих ухмыльнулся и кинул «спасибо», как он всегда делал. Комплименты от посетителей, конечно, льстят, но вот если бы ему это сказал Дилюк, было бы в тысячу раз приятнее. Во всех смыслах.

Работа бывает разной. Кто-то кричит у прилавка, зазывая народ, кто-то сражается за честь королевства, ну а кто-то похищает королевских отпрысков. Или история о том, как одному огненному дракону попался слишком доставучий принц.

Или история о том, что Кэйа плохо учится на своих ошибках, Дилюк бьет рекорды по упрямству, а все шишики почему-то все равно летят именно в Тарталью.