У них нет слов о любви. Нет даже понятного будущего. Есть только реальность, осыпающаяся тяжёлыми обломками вниз и оставляющая шрамы поверх поцелуев.

Коллекция сообщений между Утахиме и Годжо, которая длится долгое десятилетие.

Может, родись они в другое время, Хелен носила бы футболку с огромным сияющим принтом SCREENSLAVER на груди, может, затягивалась бы с сигареты Эвелин и выдыхала б сизый дым ей в глотку. Но у них есть лишь сейчас, в котором Хелен существует только по ту сторону черной маски и улыбается в трубку не для Эвелин. Или: история о лжи под соусом "мама на задании, дорогой, перезвоню завтра, сделай уроки и поцелуй папу за меня".

На Юзуху Чёрные драконы косятся с издёвкой: Тайджу за сестру никогда не вступится, будет молча наблюдать, а дома только вновь изобьёт, если ему показалось, что она недостаточно отстаивала свою честь (честь Шиба). Юзуха прогрызает, процарапывает себе дорогу, лишь бы удержаться, но и она устаёт.

Нин Гуан обожает запах этой женщины. Каждый раз, проводя носом по её слегка грубой соленой коже, глава Цисин чувствовала этот аромат прибрежных песков, морского бриза, который стал теперь будто неотъемлемой частью Бей Доу, и душистого хмеля. Нин Гуан практически не может представить себя без этого запаха, который шаловливым потоком навсегда поселился в спальне её Нефритового дворца.

— Ты выводишь меня из себя, — сквозь зубы проговорила Нин Гуан. — Знаю, — с ухмылкой ответила Бэй Доу и нагло, как и всегда, потянула руки под стол в желании прикоснуться к тонкой талии, но резко изменила своё решение, опустив их на округлые бёдра. Её прикосновения были подобны приливной волне, сметающей всё на своём пути. — Поэтому-то я тебе и нравлюсь.

Нин Гуан уверена, что её девушка не от мира сего. И идеи у неё точно такие же. И, конечно же, Нин Гуан абсолютно не знает почему всегда соглашается на это непотребство. Или все же знает?

Среди легенд и преданий, которые Бэйдоу рассказывает Нингуан вечерами, встречаются истории без драконов и кракенов, без бравых капитанов и богов — простые, реальные, личные. Нингуан они нравятся куда больше длинных эпосов и приключений, но она не настаивает. Лишь поощряет, показывая, что за каждое откровение Бэйдоу ждёт стоящая награда.

быть влюбленной кёке не нравится.

Матери бы не понравилось то, как Утахиме сейчас живёт; мать бы кричала и брызгала слюной, но она мертва, а Иори путь обратно заказан. Только вперёд и до могилы.

— Стоит ли мне сказать твоему фан-клубу, что какое-то время великая Барбара не сможет удостоить их своим пением, потому что сорвала голос, крича от удовольствия?

Сборник ответов за ЭиМико для: https://vk.com/tpa_genshin

— я, — говорит, — беспардонно-неправильная. розария усмехается едва заметно и переводит взгляд на монахиню за своим плечом. "а она?" — а она, — венец милости обреченно вздыхает, — а она — божий одуванчик.

Описание празднования двух главных особ Инадзумы.

Пасифика просыпается и дергается, будто от пощечины. "Опять двадцать пять, да? Опять притворяться, что друг друга не выносим? Опять эти колкости с сайтов для бабушек? И не надоело тебе, Пайнс? Не тошнит еще?"

— останься на ночь. — заманчивое предложение. саша ложиться возле меня, словно ничего не было, но тяжко набирая воздух в лёгкие, не кашляя. я чувствую, что проткнутые лёгкие, заживают и сами по себе зашиваются, но это ненадолго. через несколько месяцев они опять начнут осыпаться в прах и нам будет суждено сойтись вновь. она накрывает застиранной тельняшкой моё тело, как труп в морге и обнимает меня крепко-крепко, боясь потерять. на последних силах я кладу макушку на её грудь и закрываю глаза.