— Надо тебе, Севка, к нам в столовку устроиться, — прочавкал дед, и отложив ложку, прищурился. — Там, правда, бабы одни, ну а тебе там самое и место. Севка, эй! У тебя хуй-то есть или отвалился уже за ненадобностью? Север молча встал и вышел из-за стола. — Обиделся, гляди! А на кой тебе хуй-то, Севка? Хуй-то на кой?

Вечный шаблон брутального актива и нежного пассива. Вы встречали когда-то универсалов? Нет, это не выдуманные мифческие создания, эти парни существуют! Если слышите о них впервые, то вам определенно сюда.

Для Кира — Гоша был существом неземного происхождения. Описывать его красоту мог бесконечно. У него глаза! У него носик! У него ручки и ножки! Все эльфы и ангелы от зависти себе локти перекусали. Так считал Кир. А друзья считали иначе.

Виктор и Ладислав никогда не ладили между собой, хотя причина, чтобы сойтись, у них была. Оба парня — страшные гомофобы. Но однажды им приходится засомневаться в собственной гетеросексуальности, и тогда же окружение предстаёт перед ними совсем в ином свете.

Он увидел парня своей мечты не в том месте и не в то время, но разве такая ерунда может помешать сделать все, чтобы затащить его в свою постель?

Каждый вечер они проводят вместе, общаясь в приватном чате. Им уютно вдвоём. Они знают друг о друге всё. Почти всё. Кроме одной-единственной тайны, которая стоит между ними каменной стеной.

Андрей вскинул кулак с оттопыренным средним пальцем и, не оборачиваясь, пошел к машине. Ну на хрен этих строителей! Он лучше в офисе посидит, а еще лучше — напьется в компании Сереги и Влада. Эти двое, по крайней мере, не будут называть его кисой.

Пополняемый сборник историй о парнях из двух работ "Карма" и "Оттепель".

Вадик умирал. Тридцать пять градусов в тени – гласил прогноз ТВ. Но Вадик знал, что ящик врет. Всегда врал. Про новости, про политику, и даже про погоду. Как пить дать. Поэтому Вадик умирал. И перед смертью ему хотелось того, в чем он отказывал себе постоянно. Одергивал внимание, угнетал мысли, заглушал воображение. Все во имя соблюдения общественного стандарта традиционности. Поэтому нахер его. В смысле, Вадика на хер.

В жизни так бывает - лучший друг, которого ты тайно любишь, женится, а ты остаешься в гордом одиночестве. Желание проводить в обществе самого себя как можно меньше времени приводит к неожиданным последствиям.

Оторвал глаза от телефона и вдруг столкнулся взглядом со своим незнакомцем. Тот был уже близко, и Пашка забыл как дышать. Всего пара секунд, и, помимо дыхания, он лишился и сердцебиения, и всех до единой мыслей. Еще минута, и удивительный пришелец растаял за оживленным перекрестком, в облаке выхлопных газов, которое Пашка был готов поэтически обозвать волшебным туманом. Нихрена он не ошибся. Видение было прекрасно. Даже лучше, чем казалось после первой встречи.

Жила-была Золушка. Не совсем. Ну, уж какая была.

Вы уже знаете про универсальное моющее средство «Гланц»?

Витька преодолел разделяющее их расстояние, даже не успев продумать, что делать дальше. Обхватил парня поперек груди руками и резко дернул выскальзывающее тело на себя. Он успел в последнюю секунду. Безумец уже сделал шаг и теперь беспомощно повис в воздухе. – Отпусти, – прошелестел хриплым голосом парень, а Витя лишь сильнее сжал руки. – Не сегодня, приятель, – усмехнулся Вик, потянув парня на себя.

Секс с ним, как война — кто проиграл, тот и снизу.

Дмитрий получает смс, которые рушат размеренные будни мужчины. Вместе с этими сообщениями в его жизнь врывается некий Бо, который полностью её меняет.

При других обстоятельствах я бы на него даже посмотреть не рискнул, не то что губы или лицо разглядывать, но бардак в аэропорту царил знатный, так почему бы и не посмотреть?

Стоило Никите вернуться домой на день раньше, и все изменилось. Теперь ему придется учиться жить дальше с новым знанием. Но быть может ему помогут...

— Фифа, тебе известно такое занятное извращение как вуайеризм? — Дар толкнул обомлевшего Ефима локтем в бок и снова заржал. — Нет? А придется постигать!

Кью остыл к дракам и нарушению университетских правил. Нашлись дела поважнее. Например, задница их преподавателя по американской литературе.