Кем станешь ты для этой древней башни?

Каждый раз, глядя на Баама, Кун думал, что его чувства невзаимны и Незаконному нравится кто-то другой. Вот только одно простое предложение лучшего друга разрушило все предположения и опасения Агеро всего за миг...

Он тянул на себе довольно большой груз проблем, идя вперёд, наступал на новые. Жизнь уже казалась минным полем. Куда не шагает – боль, новые страдания. Это так не справедливо. Чего его так удостоила чести страдать судьба?

Джин Сунг слишком любит свою ученицу, и она отвечает ему тем же. Лучший способ создать монстра - отобрать все, что ему дорого Не стоит причинять боль родителю на глазах у ребенка.

- Послушай меня, Баам. Никогда никого не предавай, - она сжала ее ладошки в своих, и Баам было немного больно - но Рахиль говорила что-то очень важное, - Особенно девочек. Ведь обидеть девочку - значит настроить против себя весь мир. - Я ведь тоже девочка? - Баам склонила головку на плечо, внимательно смотря в светлые глаза своей звезды. На мгновение ей показалось, что на глаза набежала тень, но потом Рахиль вновь улыбнулась по-доброму и все исчезло.

Упав сейчас – сломался поперёк себя.

Эта война забрала много. Слишком много, чтоб описать простыми словами

Разве может быть господин Кун таким?..

— Луна сегодня красивая, не правда ли, господин Кун? Агеро сначала не понял, к чему это. А затем вспомнил, что в культуре какого-то народа из отдалённых уголков Башни это считалось признанием в любви. И чтобы показать свою взаимность, нужно ответить опредёлённым образом. — Ха-ха... Действительно. Настолько, что умереть можно.

Она дернула голову существа на себя и дрожь скрутила ее позвоночник. На нее смотрели глаза ребенка, за которыми пряталась сотня, тысяча других. Она, практически Богиня Башни, дрожала от силы осознания того, что было в ее руках. Ее охватил первобытный ужас и восторг. Она думала, что боги будут подобны людям – но это была ложь. Они были теми, кого нельзя было увидеть и услышать, а когда она обрела способность видеть их, она чуть не сошла с ума.

Она пришла к нему босая и простоволосая - безумие ее желаний заставило встрепенуться северные ветра на пороге. Он сидел в тот день у станка и ткал шелковые нити - одному из его детей потребовалось новое одеяние, старое он разодрал об острые хребты западного перевала. Ее шаги испугали воду в блюдце и заставили спрятаться огонь в камине. - Это ты, Бог Внешнего мира?

И все же кто-то здесь понимал, о чем он говорил - Хорьянг кожей чувствовал внимательный взгляд золотых глаз, которые смотрели ему прямо в душу. Он заметил, как беспомощно вздрогнули чужие плечи, как судорогой свело ноги под теплым одеялом - все они научились видеть, когда Виоле больно - и он помнил их первую встречу, как на его демона огрызнулось что-то иное, еще более злое и страшное. За все годы он не увидел его вновь, но забыть точно не мог - такое не забывается.

Мазино слышит краем уха то, что это вроде тот самый Кандидат в Убийцы, о котором гремят сейчас Этажи, но сейчас его это не слишком интересует - ему интереснее рассмотреть как следует парнишку. Хорошенький, на девчонку слегка похож - копна волос слишком густая и кажется, будто бы шевелится на невидимом ветру. Хотя почему кажется - Урек присвистывает, видя потоки Шинсо, обнимающие мальчишку коконом, особенно ноги. Не может стоять сам, но бросает ему вызов? Очаровательно. - Да ты крут, малыш!

В команде Танг-Суйок по словам остальных участников два дьявола - но один из них любит мишек и домашнее печенье, а второй читает с Мисенг сказки и едва может стоять на ногах без Шинсо. Ванг-Нан смеется, хотя ему хочется кричать от несправедливости.

Джин-Сунг курит слишком много - месть, обида и сигареты начинают иметь один и тот же вкус. Будущий бог падает со слабых ног, но все еще пытается встать. "Милая, а ты кого бы хотела - мальчика или девочку?"

Здесь, в Аду Эванкхелл, эта маленькая фигурка в грязно-белом свободном платье выглядела особенно странно - внезапно органично вписывалась посреди золотых полей, словно и не было вокруг мясорубки чужих жизней. Словно кусочек ночного Шинсо упал и затаился в траве, прорастая к рассвету.

Кун никогда не думал, что этот день настанет. Он хотел, он надеялся, но никогда не думал, что все, наконец, закончится. Баам, Виоле – какая ко всем Башням сейчас разница - сидел на его руках, горячо дышал в шею и обнимал руками так, словно боялся проснуться.

Баам нагнал своих друзей намного раньше. Кун заметил его и не мог не окрикнуть.

"Когда еще не было ничего, лишь первородные стихии, а небо еще не получило ни одной звезды, Боги Удачи и Судьбы, Порядка и Хаоса, Добра и Зла решили выяснить, кому будет принадлежать этот мир. Битва была бы бессмысленной тратой времени, и младшие боги, еще не наигравшиеся вдоволь, принесли игральные кости. И Богам это понравилось."

«Башня, по своей сути, полна разнообразными гибридами - и даже если Вы всю жизнь прожили, не видя никого из драконьего рода, это не значит, что вы избавлены от необходимости знать про то, как с ними себя вести» АУ, где бедный Ванг Нан пытается читать о драконах, брошюры лгут, и Виоле неправильный дракон.