Почти ощущая у себя во рту вкус предстоящей аппетитной еды, Тарталья никак не мог предположить, что, придя домой к Чжун Ли на их совместный ужин, самому Чайлду придётся взять на себя роль главного блюда.

О, Инадзума! Страна Грома и Молний, страна вечных дождей и ревущего грома! Страна, где так удобно мог скрываться один маленький, подлый предатель - по крайней мере, именно так рассуждал Тарталья, впервые ступая на эти новые, отличающиеся от тёплого Ли Юэ земли. Ах, как же ноет сердце по горному, сухому ветру и жаркому солнцу! Было бы так славно, если бы частица Ли Юэ приятной случайностью появилась здесь, в Инадзуме... Но мечтать об этом - лишь сильнее тосковать... Не так ли?

Ещё с самых юных лет Аякс, известный всему школьному классу как Чайлд Тарталья, понял: он - не такой, как другие мальчишки. Возмужав, парень так и не утратил пристрастие к своему необычному увлечению. Тарталья считал, что за его спиной много секретов. Он никогда не задумывался о том, что на своём жизненном пути сможет встретить человека, в шкафу которого бы прятался скелет, схожий со скелетом самого юноши. Но всё когда-то бывает в первый раз.

Бойся своих желаний - однажды они могут исполниться в совершенно неожиданный момент.

Чжун Ли никогда бы не подумал, что когда-нибудь он будет чувствовать себя небезопасно в своей же собственной квартире. Слишком много странных, пугающих вещей происходят с ним и днём, и ночью, нанося его психическому здоровью едва ли поправимый вред. Сможет ли он противостоять происходящим странностям? Сможет ли найти помощь и разобраться в череде пугающих событий? Чжун Ли обязан выяснить всё. Но он даже не представляет, что цепочка собственных зацепок приведёт его... Под кровать.

Что может быть плохого в том, чтобы завести личный дневник? В его положении только бумага способна без осуждения выслушать самые развратные мысли и далеко не скромные фантазии. Именно так думал Тарталья, записывая очередной абзац на новой странице. Всего-то нужно следить, чтобы дневник не попал в чьи-нибудь чужие руки. Но такая нелепость с ним определённо никогда не сможет произойти. Ведь так?

Всё шло хорошо ровно до того момента, пока элементальная энергия Гео от алхимического создания Альбедо не вышла из-под контроля. Случайно попав в Тарталью, она вызывает в его теле причудливые метаморфозы, что в одночасье рушат парню жизнь. И есть лишь один человек, способный помочь Чайлду, но сколько мужества потребуется юноше, чтобы принять поистине божественную помощь?

– У тебя есть десять секунд. – Голос доминирующего мужчины опьяняет. Тарталья выгибается, тяжело глотает остатки кислорода и держится из последних сил. Янтарный взгляд, прожигающий насквозь, замирает на губах нижнего. – Считай со мной. Десять.

Ау в котором Чжун Ли является состоятельным мужчиной, владеющий крупной сетью бизнеса, а Тарталья агент посланный компанией соперника. До Чжун Ли доходят слухи о том, что в их рядах появилась крыса и подозрения падают на Чайльда, который провинился на Мисси.

Чжун Ли - уважаемый профессор и лучший историк одного из ведущих университетов Ли Юэ. Он всегда пунктуален, вежлив и до безобразия обаятелен. Образ безукоризненного преподавателя не способно разрушить ничто. Кроме маленького секрета, прочно запертого за закрытой дверью его резиденции. Этот "секрет" имеет рыжие волосы, веснушки на бледном теле и с придыханием зовёт профессора Чжун Ли папочкой.

— что-то ещё? Спрашивает Чайлд — не помню, чтобы тебе разрешалось говорить С лёгким холодом в голосе произносит Чжун, вновь смотря младшему в глаза, словно заставляя его опуститься своим взглядом.

Смотря в глаза другого человека, вы никогда не задумывались о том, что творится у него в голове? Вот и Чжун Ли не знал, пока, прогуливаясь одним поздним тёплым вечером возле статуи Гео Архонта, не увидел Тарталью, сидящего на коленях его собственной каменной копии. Чжун Ли прочитал в льдистых глазах море эмоций стыда, кроме одной — Чайльд смотрел на него отчаянно и влюблённо.

Чайльд слышит голос Итэра и пытается отвлечься от собственного возбуждения. Но вникнуть у него никак не получается, потому что о какой внешней политике Японии вообще может идти речь, когда перед ним сидит Чжун Ли и, Чайльд готов поклясться, провоцирует его?