Кое-кто бессовестный творит в жизни Кагеямы несусветные глупости, а разбираться с этим кто должен? Точно не Кагеяма. **//просто дай мне быть ближе — через морские прибои, через хвойный аромат, под нашей старой сосной**

У Куроо крайне не вовремя ломается ноутбук: завтра утром сдавать проект. А нет, постойте-ка. Сегодня утром. Повезло, что Яку знает какого-то парня, который может всё починить, даже если на часах 2:07. Даже если во второй раз Куроо приходит к нему с залитой кофе клавиатурой («Кстати о кофе… Сходим куда-нибудь?»). Даже если в третий раз в истории браузера мелькает: «Скачать вирус онлайн и без регистрации». Даже если четвёртым разом не ограничивается. И пятым. И шестым. И седьмым…

Перед тем, как отключиться, Кенма успел подумать лишь о том, что станет ходячей (если повезёт) социальной рекламой того, что нельзя вечно втыкать в приставку. И особенно нельзя, когда переходишь дорогу.

«Найти родственную душу никогда ещё не было так легко! Скачайте «SoulMate» на свой телефон, загрузите слепок сознания в нашу базу данных и позвольте программе подобрать вам идеальную пару. «SoulMate» — начните своё «долго и счастливо» прямо сейчас!» Звучит отлично, только вот... У Кенмы приложение выдаёт ошибку, у Хинаты нет совпадений, а Бокуто вместо имени своей родственной души получает адрес подозрительного дома.

Хината тайно занимается селфхармом, потому что его волейбол становится от этого лучше.

Тобио услышал трель, будучи уже в душе. Выругавшись себе под нос, он обернул бёдра полотенцем и поспешил к входной двери. Вот тогда-то он впервые и увидел… его. Хината Шоё, милейший доставщик пиццы во всём городе. Милейший и просто худший.

Неравный брак ведёт к обязательствам. Зачастую — к холодной постели, одиноким вечерам и непримиримым сомнениям. Но под покровом пепла ночи, в свете пламени феникса союз кузнеца и незаконнорожденного принца... расцветает.

Только Кенма из этой тусовки вселенских масштабов с каждой секундой напрягается всё больше. Не вынимает рук из длинного чёрного худи «Bouncing ball», без конца и палева поправляя измученный воздержанием член, и периодически смотрит на Куроо, как бы ему предъявляя: «Разве ж можно так надо мной издеваться?» Но в ответ получает лишь неизменно хитрую ухмылку: «Извини, малыш, я ведь даже ещё не начал».

Ушиджима не понимает любовь. Однако Ушиджима понимает, как пересыхает у него во рту, как испаряется сила в его руках, когда он видит растрепанные волосы самого совершенного цвета мокка. Ушиджима понимает, что его сердце ускоряет ритм, когда смотрит на человека перед собой. Это Ойкава Тоору, прямо здесь, прямо сейчас, в центре аэропорта Нарита.

— Ойкава, — голос звучит слишком уж хрипло, Ушиджима смотрит серьёзно, — если я тебя поцелую, не думаю, что смогу остановиться, — пальцы сильнее сжимают талию, и связующий рвано выдыхает.

Как и ожидалось, Хината что-то бормочет, прижимаясь к нему. Не говоря ни слова, он относит парня в захламлённую спальню и укладывает в постель, выдергивая из-под него одеяло и накрывая. Хината ненадолго выплывает из сна, но только для того, чтобы сонно моргнуть и пробормотать что-то вроде благодарности, потом отворачивается, а Тобио возвращается в свою спальню, выключив по дороге свет. Прежнее беспокойство грозит вернуться и задушить его. Жить с Хинатой приятно. Большую часть времени.

Ойкава впал в послеродовую депрессию. Он апатичен, подавлен и шугается собственного ребенка. Их брак с Ушиджимой переживает тяжелый период: на работе Вакатоши изматывают тренировки, а дома — супруг. Чтобы сохранить семью, он обращается к Семи Эйте, ставшему семейным психологом. Бывший связующий дает несколько советов, как помочь Тоору, и тем же вечером Ушиджима решает взять ответственность за состояние омеги на себя.

За кучу лет, что он играл в волейбол, Кенма уяснил для себя только одну вещь: он слишком красивый, образованный и умный для этого. Все его сокомандники, словно нарочно, были отборнейшими дегенератами. Даже Куроо. Нет, не так. ОСОБЕННО Куроо. Будучи хорошо с ним знакомым, Кенма знал, что иногда Куроо мог весьма успешно притворяться не совсем тупым, но при близком общении быстро выяснялось, что он – тупиковая ветвь эволюции человечества.