— Я никогда не сомневался в тебе, — шепчет в губы. — Ты умница и я горжусь тобой.

Арсений в выходные любит поспать и ромашки, а Антон его кудрявые, как баранья жопа, волосы и утренние поцелуи.

Антон и Арсений живут вместе и снимаются в шоу "Импровизация". но через некоторое время, случиться что-то невероятное, в плохом смысле этого слова...

Шастун срывался на Арсения нечасто, пытаясь держать гнев в узде и понимая абсурдность претензий к его товарищу по несчастью, но такие взрывы были до жути эмоциональны. Нет, это уж точно не пустая злоба или черная ненависть: любая реплика была насквозь пропитана какой-то невозможной беспомощностью, безысходностью, каждый раз заставляющей его бросать в адрес Попова такие обидные и колкие замечания, что на неестественно голубых глазах актера выступали слезы, а к горлу подкатывал мерзкий комок.

Антон был воспитан по правилам дворовых воронежских ребят, а теперь, лёжа рядом с Арсением, он чувствовал себя крайне странно.

На съемках одного из выпусков "Импровизации" Антон узнает, что Арсений понятия не имеет, что такое шибари.

Антон прячется за кольцами. Он надевает на руки дорогой металл и становится таким, каким должен быть – дерзким, шумным, с нечестностью, присущей всем людям шоу бизнеса. Поэтому трусы легче снять, чем кольца, поэтому он царапает пальцы перед въездом в аэропорт и убирает в карманы руки. Антон боится доверять настолько, чтоб обнажиться полностью, лучше ограничится одеждой, даже когда очередной случайный партнер лестно и искусственно тянет «Хочу в себе твои пальчики».

 — Два кофе, пожалуйста, — просит Антон в кафетерии, доставая кошелек, — Для меня и моего парня Арсения Попова. Мы с ним просто встречаемся. Поэтому кофе два. Я выпью один. Два кофе, потому что второй ему.

Кьяра является обычным подростком, не считая того, что она дочь известного актера Импровизации Арсения Попова, которая в тайне ото всех пишет фанфики о нем и о его коллеге, Шастуне. Ничего необычного, верно?

— Ну ясно, нам носочки, Арсу цветочки. Все по справедливости, — подводит итог Матвиенко, — я же говорил, что в нашем коллективе что-то нечисто и пованивает. >Арсению никто не дарит цветы, хотя тот очень их любит, а Антон решает исправить эту несправедливость и по пути закономерно вляпывается

— Спи да­вай… Да хва­тит ело­зить, ляг и спи! — А ты не при­жимай­ся так силь­но! — Мож­но по­думать ты так ко мне не при­жимал­ся в КК. Те­бе же всег­да это нра­вилось, че ты. — ух­мыль­нул­ся Арс. — Мы не в крас­ной ком­на­те! — То есть то, что те­бе это нра­вит­ся ты не от­ри­ца­ешь? — Да по­шёл ты, — окон­ча­тель­но оби­дел­ся Шаст и от­вернул­ся, не со­бира­ясь даль­ше это об­суждать.

Казалось бы, безобидная игра, но не в этот раз. Шастуны в паре, а это значит, что будет неспокойно. - Это неправильно? Тогда почему вы меня не накажете? - игриво говорит Антон. Если бы помимо этого флирта ничего не было, то на это можно было закрыть глаза. Но...

https://twitter.com/_without__soul/status/1292486251401097216?s=19 Антон, друг хороший. Такой хернёй, не занимается. А надо бы, наверное.

У Арсения Попова есть только один скелет в шкафу, и это скелет его прошлой жизни. Жизни после Алёны и до Антона. //AU, где Антон находит старый блокнот Арса и узнаёт немного больше про любящего мужа и примерного отца.

— Я согласен разделить весь свой гардероб с тобой, если так ты будешь чувствовать себя лучше, — Арсений, кажется, кивает, но не говорит ничего, и Шастун говорит дальше, выдыхая на кожу чуть ниже ключиц: — Если я смогу так быть с тобой каждую минуту — давай у нас будут общие вещи, хочешь? [заявка 2.268] >про чужие вещи и чувство защищённости

«Шокеры — это смешно! Шокеры — это больно! Дамы и господа, импровизация «Шокеры», — каждый раз объявляет Павел Воля и, радостно объясняя правила, давит на кнопку. Антону не смешно. Антону больно. Возможно, больнее всех из их четвёрки. Проклятые шокеры прикреплены к рукам и причиняют боль уже одним своим видом. Ведь буквально через несколько минут Антон назовёт неправильное слово, и его тело пронзит разряд.