Ты был моим кумиром,я твоим фанатом, Сейчас ты стал прошлым,я стал настоящим

Конец их отношениям. Джексон утверждает, что любит кого-то другого. А что делать ему? Он любит лишь его одного и не намерен ни с кем делить. Расставаться всегда больно, но жизнь не стоит на месте. Надо двигаться дальше. Но как?.. Когда все обещания оказались ложью, больше никому не хочется верить и открывать свою душу. Больше не хочется жить.

Все мы знаем знаменитого гонщика – величайшего мастера автомобильного спорта. Но кто он, и откуда?  Многие задаются вопросом: «Кто его родители?»  Вот сейчас мы и узнаем.

они теперь братья

После событий WGP проходит более 8 лет. Многие уже забыли о происшествии и плохой задумке Майлза Карданвала, но находятся и те, кто хотят провести подобное мероприятие снова. После проработки гран-при, на него приглашаются более 15 лучших гонщиков со всего мира. Многие легенды автоспорта давно были заменены, однако некоторые новички блистают под их руководством на треке. К чему приведет это событие в этот раз?

Сборник драбблов по штормкуинам.

В этом Джексон не то чтобы силён.

— У тебя дурная привычка забивать свою голову всякой чушью, — Маршалл недовольно кривится, держа в руках градусник. Джексон в ответ может только невнятно что-то промычать, как бы отмахиваясь от любых упреков в свою сторону. — На кой черт ты вообще вышел из дома, если плохо себя чувствуешь?

Они оба считают, что годовщина отношений – это важное событые. Они оба считают, что дарить банальные вещи – слишком невпечатлительно. Круз считает, что такие совпадения, как годовщина двух пар в один день – слишком подозрительно.

Здесь есть стекло. Кого заинтересовала, прошу проходите.

Джексону Шторму недостаточно того, что он унижает Маккуина на треке, обгоняя его и не позволяя завоевать свой последний кубок и уйти в отставку с честью. Ему уже не достаточно того, что ветерана никто не уважает и все освистывают с каждым его проигрышем. Он хочет его уничтожить, утвердить превосходство совершенно жестоким способом, после которого Маккуин или лишится рассудка или умрет, а если и нет, то в отставку уйдет точно. План свой он осуществляет, но увы не учитывает последствий

Молния Маккуин ветеран! Многие девушки были готовы ради ночи с ним и если раньше он не пренебрегал этим, то сейчас проводит вечера с черно-белым фильмом. Иногда даже с постельными сценами, позволяя себе стянуть с ног домашние серые спортивки, и лениво подрочить себе. Ему почти тридцать лет, большую часть из которых его женщина – это его маленькая красная гончая.

Новое поколение гонщиков решило, что им необходимо растрясти старческие устои по празднованию Рождества. Ночью они пробираются в арендованный на завтрашнюю вечеринку зал и развешивают так много омел, как им удается раздобыть. Единственный, кто высказывается против - Шторм, который не перестает кашлять. Все становится только хуже, когда он оказывается под связкой омелы прямо напротив Маккуина.

Оба задавались вопросом " как так получилось?..."

Джексон стоял как вкопанный и не понимал, что послужило красным флагом. Тишина убивала. В прямом смысле этого слова. Проходит одна — две — три секунды, и Шторм уже готов в открытую завыть, что ни черта не понимает, в чём дело. А потом до него доходит. Хочется сморозить глупость и нелепо пошутить, мол, «да это всего лишь…» Но слова застревают в глотке. Он делает шаг в сторону. МакКуин не следует за ним.

Молния Маккуин, сама легенда автоспорта, будет официальным тренером Круз Рамиресс, своей новой как и подруги, так и ученицы, но и неожиданно станет тренером Джексона Шторма, который разбил вдребезги карьеру автогонщика Монтгомери

Новый сезон НАСКАР обещает сложные гонки: серьезные изменения, временное отсутствие Круз и что наиболее важно — новая соперница.

На отправленном сообщении так и остается метка «Не прочитано»

Шторма ловят на попытке подставы одного из участников гонки и дисквалифицируют на текущий сезон, назначая исправительные работы в городе у черта на куличиках. Радиатор Спрингс становится накалён до предела — к скверному характеру Джексона был подготовлен только Маккуин.

Джексон Шторм всегда бежал — от прошлого, от воспоминаний и от самого себя.