au, где чонвон - обычный ничем не примечательный тихий отличник, в комнату к которому одним поздним вечером через окно забирается какой-то странный тип; а сону и сонхун просто на слишком разных уровнях социальной лестницы. сонхун считает это весьма веской причиной для ненависти.

Что делать, если тебя поселили в одну комнату с эгоистичным гомофобом, но при этом ты являешься одним из тех, кого он так яростно презирает? Конечно же ненавидеть друга друга и терпеть, пока один из вас не покажет прощальный белый флаг. Сону сдаваться не намерен... до того момента, пока вся жизнь не пойдёт по иному сценарию - появится привлекательный знакомый из прошлого, лучший друг начнёт что-то скрывать, а сам он будет пытаться выживать в ежедневном аду, созданном неадекватным соседом.

Чонвон просто подросток, который чувствует себя потерянным и разбитым, а резко появившийся в его жизни дилер Джей заставляет потихоньку склеивать себя по кусочкам

В таких, как Сонхун, не влюбляются. Таких не замечают, ведь спрятавшись за серым свитером и простыми джинсами, он сливается с толпой. На таких даже краем глаза не взглянут, особенно Ники — избалованный вниманием парень, год назад переехавший в Сеул из Японии.

Чонвон считает, что чай - лучшее лекарство от всех болезней. Будь то болезнь тела, или печаль души. Но сможет ли он вылечить печаль души Джея? Ведь одного чая тут явно недостаточно.

Чонвон не может написать песню. Может этот парень, который остановился посреди дороги, поможет ему?

Чонвон искал книги по высшей математике, чтобы успешно сдать зачёт, а в придачу нашёл флешку с наклейкой «Пак Чонсон»

И вышел он из чертог Ада, держа в страхе весь людской народ. «Смутьян, мятежник!» - кличет в спину весь трусливый Адский сброд.

Меньше всего Джей хотел работать над школьным проектом со своим главным соперником Ли Хисыном. Однако Чонвон, младший брат Хисына... может заставить его передумать.

Всё, что мог делать Хисын — видеть, но ему этого было чертовски недостаточно. Зато было достаточно Сонхуну, чтобы влюбиться. «— Нет, глупыш, «люблю» нужно показывать не так, — печатая на своём планшете, беззвучно засмеялся Хисын. А затем резко вскинул голову и дрожащими руками добавил: — ЧТО?!»

Он чуть было не плакал от разрывающей грудь тяги обнять этого мальчика и никогда больше не отпускать. Можно и умереть так, прикоснувшись к его маленькой, но такой горячей ладони.

Потому что в голове раз за разом прокручивается парень с ярко-красными волосами, что ехидно усмехается и, кажется, теряется под чонсоновской рукой, прижимающей слишком податливое то-ли под действием алкоголя, то-ли под чувством момента тело ближе к себе, хотя казалось бы: куда ещё ближе, да, Пак? Ведь это не между вашими губами на том дурацком коротком видео нет и миллиметра пространства, верно?!

Парень открывает рот и голосом ангела произносит: — Привет. Я Хисын из «Щенки и лапы». Ваш пёс — наш вопрос. Я здесь, чтобы присматривать за Снежком и Чернышом, пока вас не будет. Не прерывая зрительный контакт, он монотонно добавляет: — Гав-гав. Сонхун окидывает его долгим взглядом. И правда — гав-гав. (или: Собаки Сонхуна ненавидят его, поэтому он решает обратиться за помощью. Появляется Ли Хисын.)

Жизнь бежит так же скоротечно, как секундная стрелка, однако у Джеюна она останавливается, замирает – стоит ему перешагнуть порог больницы.

Ники, воспользовавшись моментом, приблизился к лицу Сону и выдохнул умопомрачительное и нервосрывающее: — Watashitachi ha machigainaku ana ta to deto ni iki masu³, — и, как довольный нашкодивший ребёнок, умчался вслед за старшим, громко проговорив, что пошёл за новой пачкой чипсов. Сону проморгался, отогнав наваждение. Пора заняться изучением японского, потому что долго продолжаться это не может.

каждую ночь он отправлял негромкое «хочу побыстрее увидеть тебя» и засыпал с новой мечтой, которая заставляла сердце стучать гулко в груди, а ладошки потеть без остановки. теперь хотелось не посетить различные храмы, музеи и парки, а целовать несколько пухлые губы ники под ветками цветущей сакуры.

Они все ещё не отпускают друг друга — Чонвон цепляется за складки рубашки, а ладонь Чонсона прижимается к его спине. Чонвон вздыхает. — Я не могу продолжать целовать незнакомцев, притворяясь, что это ты. (Чонвон играет в салки, из которых Чонсону никак не вырваться — может быть, это потому, что где-то глубоко внутри не желает этого сам)

20 мая 1894 года. мой милый чонвон! необычно писать, а не произносить это вслух, но ведь у меня больше нет права называть тебя так. ведь всё кончено! мы расстались вчера. p.s. прошу, не смотрите спойлеры! дайте себе прочувствовать и удивиться

— Какого черта они празднуют годовщину знакомства, а не свадьбы? — Вы просто понятия не имеете о том, насколько день свадьбы ваших родителей и близко не стоял с днем их знакомства. // Или история о том, как Чонвон с Чонсоном рассказывали детям Сону и Рики о дне знакомства их родителей.

Джей любит трогать Чонвона: легонько бить по бедрам, массировать мышцы, тыкать в бока, кусать. Чонвону нравится, но иногда он сомневается, должны ли друзья касаться друг друга так, как это делают они.