Совсем скоро наступит день рождения Вити, и Юри уже приготовил для него подарок. Вот только Виктор вернулся слишком рано, и испортил Юри все планы...

Проблема была в том, что семья Кацуки обожала Виктора. Нет, Юри они тоже обожали. Но после отставки и заявления, что он будет работать в семейном бизнесе, драли с него в три шкуры. Юри был готов к этому, но не ожидал, что вставать рано утром окажется так тяжело. Каждый раз Виктор и Маккачин всячески создавали ему преграды к успешной работе на родителей.

Год спустя Юри приезжает в Петербург за Виктором.

Виктору пришлось вернуться в Петербург без Юри, потому что его виза кончилась, а разобраться с оставшимися делами в Хасецу и подать документы для Юри они не успели. Вот уже месяц они были порознь, и Виктор каждый день садился в метро, ехал на шумном поезде до катка, а вечером обратно.

А что, если Юри не участвовал в чемпионате? Если он вообще не занимается фигурным катанием профессионально? Он обычный инструктор на катке в Хасецу, но чемпионат мира так удачно решили провести именно там.

знаете.. ценность жизни определяется моментами, ценность моментов - временем, а ценность времени.. осознание потерь приходит лишь в моменты одиночества..

Три раза Виктор понимал, что со здоровьем Юри что-то не так. Четвёртый раз, когда это обернулось против него же. "Юри на льду" не обязательно быть на льду, что бы быть любимым…

Юри Кацуки был разным, но таким, как сегодня, Виктор не видел его никогда.

Даже спустя пять лет профессионального фигурного катания, Юри продолжал нервничать перед каждым выступлением.

Обнявшись, золотой призёр Чемпионата четырёх континентов по фигурному катанию Кацуки Юри и его тренер Виктор Никифоров пустились в трудный путь по бесконечному коридору.

Юри знал, что россияне уделяют большое внимание именно Новому году, нежели Рождеству, - которое сам он в этом году скромно отметил с родителями по видеосвязи, - однако не думал, что его почти насильно приурочат к празднику.

Миленькая работа по Виктури;3

—Ююююрииии, наконец-то ты вырос, чтобы побивать собственные рекорды! - Протянул Виктор с глупой улыбкой. —За такое можно и вознаградить!

Все как обычно)..Всё хорошо..со мной все в порядке....или нет..? Эти мысли как черви поселяются в голове как только взгляд направлен в зеркало. Я ещё слишком плох. Надо стараться больше. Со мной все будет в порядке не помру же...

События происходят сразу после награждения без медалистов на гран-при. Профессиональный фигурист, пятикратный чемпион мира и в тот же самый момент тренер Юрия Кацуки поддерживает своего ученика, но предлагает ему ещё один некий договор.

Юри работает в кофейне, Виктор часто заходит за кофе.

— Юри, нам нужно расстаться, — его голос звучал словно издалека, раздаваясь с разных сторон, хотя стоял он непозволительно близко. — Имею ввиду, в отношениях. Я не смогу сейчас бросить тебя, как тренер, но после соревнований я навсегда уйду из твоей жизни. Юри понимающе кивнул. Хоть и этот молчаливый кивок означал лишь согласие, Кацуки просто не хотел мириться с этой судьбой. Он хотел бороться. Бороться так, как учил его Виктор. До последнего.

- Кацуки, вы недавно переехали в Россию, чтобы заниматься с вашим тренером Виктором Никифоровым, - Юри не уверен, зачем репортёрам нужно говорить ему вещи, которые он и так знает, но ему не особо хочется слышать, как Минако кричит на него по скайпу, так что он кивает, и репортёрша – Жанна? – продолжает. - Что вам меньше всего нравится в жизни в России? Ответ вырывается у него прежде, чем он успевает поразмыслить над более дипломатичной альтернативой. - То, как Виктор водит машину.

Руки нервно трясутся от волнения, глаза не верят увиденному. Тело панической волной бросает в дрожь, от чего холодный, как лёд пот, изучает спортивное тело фигуриста. Юри апатично пялится на тест, на котором по виднелось две заветные полоски. Как это вообще могло произойти с ним?!

После всего, что с ними было, Юри по-прежнему не подпускает Виктора к себе. Запрещает касаться, запрещает приближаться. Это ужасно странно, неправильно и, похоже, как-то связано с культурой Японии, о которой Виктор ничего не знает.