Дорогая Мисс Хина, Он так мне нравится! Как он может не нравиться! Я должен был догадаться еще тогда, когда он коснулся моих рогов, и я испытал какое-то тепло, зарождающееся внутри. А еще мне нравится то, каким милым он выглядит, когда виляет хвостом от волнения в те моменты, когда видит меня. Хотел бы я прикоснуться к его хвосту…

Модерн АУ, где Леорио и Курапика ведущие на радиостанции, имеющие взаимную рабочую неприязнь: они не хотят слушать, но хотят быть услышанными, только вот в жизни у них куда больше общего, чем кажется на первый взгляд. Рождественская ночь, щепотка несбывшихся желаний и вкуса праздничной еды в пустой одинокой квартире; им не нужно знать, что этот день особенный, им нужно чувствовать, что они могут сделать его особенным сами.

— Это приказ, капо? — спрашивает Абаккио, прищурившись. Буччеллати вздыхает и поднимает руки над головой, чтобы растянуть мышцы. — Господи, нет. Если ты действительно не хочешь, то я не буду принуждать. Но я не брошу тебя здесь одного, и мне лично идея небольшого тренировочного спарринга нравится куда больше, чем возможность молча наблюдать за тем, как ты истязаешь себя на тренажёрах — а я даже понятия не имею, как они называются. (бруабба с лёгким налётом ангста)

Мечтает ли Бруно Буччеллати о том, чтобы его поцеловал Леоне? Однозначно да. Хочет ли Бруно Буччеллати, чтобы Леоне оставил на нём следы своей помады? Несомненно. Хватит ли у Леоне помады, чтобы осуществить все его фантазии — вот в чём вопрос. И причём тут матный гномик и кукурузные хлопья?

Уставшие от шумной городской суеты, Бруно и Леон едут за город: посмотреть на море и полюбоваться на звезды. И, может быть, посмотреть друг на друга с новой для себя стороны.

Леоне сидел почти напротив него, но казался призраком, сотканным из серых теней и лунного света — мальчик, танцевавший с ним рождественской ночью, сейчас выглядел измученным, точно письмо с фронта, миновавшее тысячу застав и рубежей, растерявшее в сумках почтальонов все рубины и аметисты небрежно наклеенных марок, и всё равно пришедшее слишком поздно. // au: красный комиссар Бруно, белый офицер Леоне

Не в силах больше работать на Джорно, Абаккио принимает приглашение Буччеллати навестить его в его родном городке

Аббакио заболел в тот день , когда должен был работать с Бруно

Все, на чем остаётся помада Аббаккио - его.

«Не смотри на меня так». «Как?» «Ты знаешь, как».

Разочарованный частный детектив, готовый погрузиться в однообразие, переезжает в квартиру над Libeccio. К сожалению, у его соседа и двух полудиких детей есть другие планы...

Джорно — гладкий , едкий , до отвратного правильный и до ужаса скрытный. Миста его ненавидит , Миста не может без него дышать. Миста отчаянно хочет найти золотую середину.

За несколько дней до Дня «Х» Миста принялся за дело. Перво-наперво он составил план. Что же, хотя он никогда и ни для кого такого не делал, попытка – не пытка. Джорно заслуживал всего, и Миста собирался дать ему это. С трепетом в груди Миста принялся воплощать план в жизнь. Он даже составил список, чтобы уж наверняка, с гарантией, поразить воображение Джорно.

Джотаро возвращается в школу с десятками новых шрамов, иррациональным страхом перед асфальтоукладчиками и новым эксцентричным другом.

Джотаро любит, когда его поощряют.

Когда-то широкоплечий и гибкий Какёин теперь напоминает лишь собственную тень. Но это только внешне.

Сокращая расстояние, он подстраивается под шаг Какеина. Лишние мысли, тянущие назад, рассыпаются осколками.

После переезда из Японии в это захолустье жизнь напоминала сон с открытыми глазами, пока одна случайная встреча не вернула его в реальность, полную кошмаров, призраков прошлого и глупой подростковой влюблённости. Жаль только, что Какёин не сразу понял, что случайности не случайны.

Какёин выживает в битве с Дио. Теперь ему предстоит совладать с искалеченным телом, найти, зачем жить, и разобраться в своих чувствах к Джотаро. Рефлексия, страдания и разбитые сердца прилагаются.

Вставка в промежуток сюжета между первым и вторым сезонами SDC. С антагонистом, стэндом и всем полагающимся.