Тренировки выматывают Китнисс также, как и вечно мелькающая перед ней голая Джоанна, заигравшаяся в благородного молодого нудиста еще с того самого происшествия в лифте.

...Ее ладонь плавно накрыла мою руку, и я вздрогнула от этого неожиданного теплого прикосновения. Утонченные пальцы Президента мягко скользнули вдоль моих, на мгновение задержавшись на сбитых еще совсем недавно в кровь суставах, и, завороженная этим зрелищем, я никак не могла взять в толк, отчего вдруг в моих легких так катастрофически стало не хватать воздуха.

Китнисс игнорирует, как стекловата мерно заполняет её лёгкие, убирает руку и думает, что завтра, когда ей перестанут без вопросов раздавать флаконы морфлинга, она вполне сможет достать для Джоанны таблетки.

Китнисс очень медленно оправляется после смерти Прим. Не подпускает к себе никого, заперевшись в своём доме в Деревне Победителей. Ни Пит, ни Хэймитч, ни собственная мать не знают, что делать. Не видя других решений проблемы, Пит решает позвать в гости старую подругу, которая понимает бывшую Пересмешницу лучше, чем может показаться на первый взгляд.

Однажды ночью в больнице Китнисс и Джоанна не могут уснуть. Они решают немного поболтать... что приводит к признанию Джоанны в том, чего Китнисс никак не ожидала.

Китнисс не хотелось оставаться с Джоанной наедине, но сейчас она оказалась именно в такой ситуации.

Выходным Мишель резко завладевает Клэр, но она и не против. Однако Мишель не удаётся разгадать, зачем Пиковой даме это нужно в свой рабочий день.

Клэр часто бывает вспыльчива и сама знает это, но совладать с характером не может. Ей кажется, что Мишель не будет долго терпеть импульсивность из ничего. В один из не самых удачных дней Клэр придётся узнать, так ли это на самом деле.

- Я выпила, а не напилась, - спокойным тоном отвечает Ева. - А не подскажешь, сколько тебе нужно выпить, чтобы быть готовой к откровениям, но при этом не буйной?, - она складывает руки на груди и продолжает свою провокацию. Ева не отвечает и лишь злобно хмурит брови.

— Тебе ведь что-то нужно, да? — подозрительно щурится брюнетка, внимательно наблюдая за реакцией. — Можно и так сказать, — слегка кивает Харрис и ласково поглаживает Еву по щеке. — Пить не брошу! — бескомпромиссно отрезает девушка.

Мисс Харрис больше не чувствует себя той бесстрашной и готовой на всё хищницей. Она вновь загнанная в угол маленькая наследница, которая в очередной раз оступилась и ей совершенно точно не справиться одной.

Один долгий рождественский вечер в не самой приятной компании обернулся для Селены неожиданно приятным образом. Кажется, она вела себя вполне неплохо, раз получила столь щедрый подарок. Да и предназначен он именно ей, а не Лилит, за которую её принимают.

— Тебе лучше уйти, пока я не нагрубила. Агата на секунду теряется, но после решает испытать удачу: — Хватит держать все в себе, — она обвивает шею девушки руками, — выплесни эмоции.

Если не останется пожара, то будет костер, если затушить костер, то будет гореть искра, а если уничтожить и ее, то во льдах все равно останется тлеть чёрный уголек, неугасимый и вечный отпечаток любви.

Непризнанная цветной линией следов в тени огненной бестии смотрится волшебно; аксиома — треснутые, надколотые где-то у основания девочки сочетаются прекрасно.

Она не была моим слабым местом, но я бы отдала свою жизнь за неё.

Наташа целует ее, сметая последние сомнения, а Ванда едва ли не впервые за последнее время отпускает себя. Не решает, не думает – чувствует. Открывается навстречу кому-то другому.

Кейт Бишоп — проблема, а как известно — любая проблема подлежит устранению.

(Е)лена становится для Рокси обновлением.

Наташа действительно не знала, как их положение, с нацеленными друг на друга пистолетами, вдруг переросло в кулачный бой. Невозможно выразить это словами. Они сражались в ее Будапештской квартире не причиняя друг другу боли. Она не совсем понимала, кто это начал: они обе двигались идеально синхронно, как искаженное олицетворение танца, стремительные вращения и уклоны сменялись острыми ударами и даже более острыми ножами. Или, пять раз Наташа почти целует Елену, и один раз Елена целует ее.