Возможно кому-то и казалось, что Кисаки Тетта страшен в гневе и лучше не переходить ему дорогу, но вот Шуджи Ханма был совсем другого мнения. Неужели никому не хотелось подразнить его, нет? Он ведь совершенно очаровательно начинает пыхтеть и пытаться врезать ему. И это при своем то росте, когда он ему в пупок дышит.

— Санзу сообщил мне о новой группировке, цель которой — полное уничтожение нас. — Шуджи наблюдает, как Кисаки стряхивает невидимые пылинки с кресла и садится напротив друга. — В частности тебя, Тетта.

Когда Ханма понимал, что это не работает - затягивался и припадал к потрескавшимся губам, пытаясь передать дым "напрямую", от чего Кисаки тут же зажимался, и отрицательно стонал, дёргаясь всем телом, пытаясь вновь вырваться. ⁃ Отъебись от меня, - уже жалобным голосом прошептал Кисаки, впадая в истерическое состояние, - Что ты делаешь?!

Ни одна живая душа не догадывалась о том, что у Кисаки есть одна необычная особенность. Записывать все свои сомнительные поступки в отдельный блокнот стало настолько привычной вещью, что Тетта совершенно не задумывался о всей странности этого дела, просто исполняя желаемое и убирая назойливый предмет куда подальше.

Лишь одним богам известно, но Ханма уже сломлен. Давно. Конкретно… Он готов был отдать все, лишь бы стать центром чужой Вселенной, затмить собой все звезды и идеалы. // AU, в котором Шуджи попал в прошлое и встретился с Кисаки, еще будучи детьми.

— Привет, — раздалось сзади. Кисаки обернулся. У его ног лежал какой-то пацан, под два метра ростом. Волосы были торчком и чёлка осветлена. Его рука была протянута и он выжидающе посмотрел на блондина. Голубоглазый хмыкнул: и как его поднять? Но руку он протянул. — Привет, придурок, — процедил Тетта, глядя на парня сверху вниз.

Дракен проклинал свою судьбу за то, что та преподнесла ему истинного омегу в виде Ханмы, имеющего нездоровую любовь к другому омеге

Кисаки ебёт Ханме мозг, а Ханма ебёт Кисаки. У них всё просто.

au - где ханма развёл кисаки на три свидания

Кисаки не считает себя мудрецом, чтобы никогда не совершать ошибок, да и ошибку сделал вовсе не он, а судьба, которая рваными кривыми иероглифами разрисовала запястье. Но от этого не менее обидно, когда при встрече с понравившейся ему девочкой он застывает в ожидании, а она ничерта не матерится, что-то треща про своего друга и солнечно улыбаясь.

Кисаки пришло сообщение от контакта с именем «мой повелитель <3»: «Ты спиздила моё худи?» Она тут же переименовала его в «уёбок <3».

Ханма в его квартире появляется исключительно редко. По праздникам. Правда, Кисаки нужно было догадаться раньше, что у Шуджи они каждый день.

Ханма вечно был чем-то с приставкой "не": неприятным, непонятным, некрасивым, неудобным. И только один человек срал на все эти "не", говоря, что пока он полезен, Кисаки будет им пользоваться. И Ханма реально придурок, если верит в то, что его использование свидетельствует о симпатии. Скорее о том, что скоро он сам, вместо людей, что он избивает, будет просить смерти от его, Кисаки, руки.

- Хэй, Киса♡ - сокращает фамилию парня Ханма уже настолько привычно, что отхватывает от Тетты за такое все реже. - Пойдём на свидание? - Ёбнулся совсем?

Ханма спонтанно предлагает Кисаки поехать в другой город на поезде. Купив два билета туда обратно, ребята отправились в путь. На дворе ночь, а Тетта мучается от бессоницы...

Наступает день рождения Ханмы, в честь чего он устраивает вечеринку и получает самый желанный подарок

- Видел чертей в аду? - прервал тишину Ханма. - Да, все оказались симпатичнее тебя. - Ауч, грубо. Занял там нам местечко на будущее? - Самое лучшее, естественно, - Кисаки наконец тоже улыбнулся. - С ногами у тебя все совсем плохо? - осторожно спросил Шуджи, рассматривая громкие и жуткие больничные приборы. - Не чувствую ничего совсем. - А хуй? - А хуй стоит прямо передо мной и задаёт тупые вопросы, - огрызнулся Кисаки, картинно закатив глаза.

Ханма еле как уговорил ворчливого Кисаки пойти с ним в секретное место. Думаю, Тетта не пожалел.

Ханма уже давно хочет своего босса-стратега.

— Тебе так сильно нужна эта рыжеволосая девка? — нахально спрашивает Ханма и наиграно наклоняет голову вбок, напоминая собаку, которая отчаянно пытается понять, что же говорит её хозяин. — Да, — почти что рычит Кисаки и злобно смотрит на своего собеседника. — Ладно, ладно, не кипятись, — отвечает Ханма, поднимая руки в примирительном жесте, лукаво улыбаясь, — а ты не хочешь кое-что попробовать? — Что же? — скептический взгляд. — Скорее даже кого, — ухмыляясь тянет Ханма, — меня.